Приключения Эраста Фандорина

 – Василий Александрович стоял посреди дешевого номера, прислушиваясь к шагам в коридоре. – Груз особенный. Оплата тоже. Полторы тысячи.

– Сколько?! – ахнул собеседник.

Рыбников протянул пачку кредиток.

– Вот. Еще столько же получите в Хабаровске. Если выполните все, как надо.

Брови красноярца подергались-подергались, но вверх так и не полезли. Нелегко вытаращить глаза, привыкшие смотреть на мир через щелку.

Человек, которого Василий Александрович окрестил Туннелем, не догадывался ни об этой кличке, ни о том, чем в действительности занимаются люди, так щедро оплачивающие его услуги. Он был уверен, что помогает нелегальным золотодобытчикам. По «Уставу о частной золотопромышленности» старательским артелям предписывалось сдавать всю добычу государству, получая взамен так называемые «ассигновки» – по курсу ниже рыночного, да еще со всевозможными вычетами. Давно известно: там, где закон несправедлив или неразумен, люди находят способы его обойти.

Туннель состоял на очень полезной для Организации службе – сопровождал по Транссибирской магистрали почтовые вагоны. Перевозя из европейской части империи на Дальний Восток и обратно тетради с колонками цифр, он полагал, что это финансовая переписка между добытчиками и сбытчиками подпольного золота.

Но Рыбников выудил почтаря из своей хитрой записной книжки для иной цели.

– Да, три тысячи, – твердо сказал он. – Такие деньги зря не платят, сами понимаете.

– Что везти? – спросил Туннель, облизнув пересохшие от волнения губы. Рыбников отрезал:

– Взрывчатку. Три пуда.

Почтарь замигал, соображая. Потом кивнул:

– Для прииска? Породу рвать?

– Да. Обернете ящики холстом, как посылки. Туннель № 12 на Кругобайкальской линии знаете?

– «Половинный»? Кто ж его не знает.

– Сбросите ящики ровно на середине, у отметки 197. После наши люди их подберут.

– Сразу видно, что вы ничего не смыслите во взрывном деле. Про детонаторы слышать приходилось? Скажете тоже – «грохнет».

Удовлетворенный ответом, Туннель плевал на пальцы – готовился пересчитывать деньги, а Василий Александрович мысленно улыбнулся: «Не грохнет, а шандарахнет, да так что Зимний дворец закачается. Пусть попробуют потом разгрести каменную кашу, выковырять из-под нее сплющенные вагоны с паровозом в придачу».

Кругобайкальская железная дорога, строившаяся с огромными затратами и открытая совсем недавно, раньше назначенного срока, была последним звеном Транссиба. Прежде эшелоны выстраивались в огромные очереди у байкальской паромной переправы, теперь же трасса запульсировала с утроенной скоростью. Вывод из строя Половинного туннеля, самого длинного на линии, вновь посадит Маньчжурскую армию на голодный паек.

И это была лишь половина рыбниковского «проэкта».