Эрагон. Книги 1-4

И пока королю Гальбаториксу не удалось низвергнуть их власть, они обладали куда большим могуществом, чем все правители Алагейзии, вместе взятые. Полагаю, на два твоих вопроса я ответил?

Эрагон кивнул. Ему казалось просто невероятным, что его назвали в честь самого первого Всадника. И теперь ему казалось, а может быть, это было и на самом деле, но имя своё он ощущал совершенно иначе, чем прежде.

— А что значит имя Эрагон? — спросил он.

— Не знаю, — промолвил Бром. — Это старинное имя. Вряд ли кто-то, кроме самих эльфов, помнит его значение. Но тебе невероятно повезёт, если за всю свою жизнь ты сумеешь увидеть хотя бы одного живого эльфа. Я знаю только, что это очень хорошее имя; тебе бы следовало им гордиться. Не каждого называют в честь столь славного героя.

Эрагон с огромным трудом отвлёкся от разговоров об имени Эрагон и заставил себя вспомнить все то, что узнал сегодня от Брома: чего-то в рассказе старика явно не хватало.

— Я не понимаю… — неуверенно проговорил он. — А где же были мы, когда был создан орден этих Всадников?

— Мы? — переспросил Бром, удивлённо приподнимая бровь.

— Ну да, все мы, понимаешь? — Эрагон как-то неопределённо махнул рукой. — Люди, в общем.

— Мы в этих краях такие же чужаки, как и эльфы. Нашим далёким предкам понадобилось целых три столетия, чтобы прибыть в эту страну, которой тогда правили Всадники.

— Не может этого быть! — возмутился Эрагон. — Наши предки всегда жили в долине Паланкар!

— Возможно, твои предки действительно всегда жили здесь, — сказал Бром почти ласково. — Но это всего лишь несколько поколений людей. Так что ты никак не можешь с полным основанием утверждать, что это твоя родина. Даже несмотря на то, что ты действительно из рода Гэрроу, но твои предки родом совсем не из этих мест. Поспрашивай хотя бы своих соседей и убедишься, что многие семьи живут здесь с относительно недавних пор. Паланкар — очень древняя долина, и она не всегда принадлежала людям.

Эрагон нахмурился и стал жадно пить чай, хотя он был ещё настолько горяч, что обжигал горло. «Неправда это! — сердито думал он. — Мой дом здесь, кем бы ни был мой отец!»

— А что случилось с гномами, когда Всадники были уничтожены? — спросил он.

— Этого по-настоящему не знает никто. Гномы сперва сражались плечом к плечу со Всадниками, но, когда стало ясно, что Гальбаторикс явно одерживает победу, они запечатали все известные входы в свои туннели и исчезли под землёй. Насколько мне известно, с тех пор никто ни одного гнома не видел.

— А драконы? — снова спросил Эрагон. — С ними-то что произошло? Их-то наверняка невозможно было всех уничтожить!

Бром грустно вздохнул:

— Самая большая загадка Алагейзии — это вопрос о том, сколько драконов осталось в живых после резни, устроенной Гальбаториксом.