Эра негодяев

Водки бутылки три — еще шестьдесят, плюс полтинник на закусь. Всего культурный отдых влетит нам максимум в триста пятьдесят злотувок. То бишь — в восемьдесят долларов с мелочью. Поехали!

Охранник паркинга вызвал им такси. Одиссей записал ему номер их фуры, которая, если подъедет (что вряд ли, конечно, но чем чёрт не шутит?), пусть их дожидается. Охранник, получив на чай бумажку в пять злотых, уверил Одиссея, что хоть даже из-под земли появившийся 'МАЗ' все равно будет немедля оповещен о том, что его уже дожидаются.

Кабачок оказался так себе. Шумно, накурено, бедновато; но Игорь сказал чистую правду, тёток в возрасте за сорок было там — завались. Они тут же подсели к паре еще довольно бодрых паненок пышных форм, пусть несколько увядших, но все еще относительно привлекательных — и завели с ними неспешную беседу (которую на ужасном польском вел Одиссей; Игорь, ввиду неспособности к языкам, ограничивался томными взглядами, периодически бросаемыми в декольте обеих гурий) на тему: 'как одиноко двум путешественникам в чужой стране, и неплохо бы было двум прелестным аборигенкам как-то скрасить их с товарищем печальное существование'.

Аборигенки были отнюдь не против. Но, в свою очередь, известили уважаемых панов, что они не какие-нибудь, а они очень даже порядочные и целомудренные особы. И если паны путешественники думают, что они какие-то шалавы. … Нет-нет, замахали в ответ паны путешественники, они ничего такого даже и не думали думать! Просто если бы прелестные паненки снизошли к их одиночеству, проявили лучшие качества польского народа, в числе коих, как известно, на первом месте гостеприимство…

В общем, паненки выламывались ровно столько, сколько, по их мнению, нужно было, чтобы набить себе цену до минимального уровня, позволявшего им не считать себя легкомысленными особами — и, достигнув его, в сопровождении панов путешественников убыли в гостиницу 'Заязд старопольский', предварительно затарившись лёгкими и благородными алкогольными напитками (роль коих успешно сыграла водка 'Выборова' в количестве достаточном, то есть — шесть бутылок).

Надо сказать, что вечер удался. Под занавес мероприятия Игорь рассказывал Люцыне и Басе неприличные анекдоты, а те хохотали впокат, причем то, что анекдоты рассказывались по-русски, а обе паненки забыли этот язык еще в школе — не имело ровным счетом никакого значения. Гостиничный ресторан в третьем часу ночи получил заказ на утку с яблоками (Люцына уверяла, что закусывать 'выборову' надо непременно уткой, и чтобы обязательно с яблоками), а ближе к утру — на шампанское. Которое, впрочем, никто уже пить не стал, по весьма прозаической причине — пить было некому.