Эпидемия

Надо было только встать и протянуть руку, но Алена не могла себя заставить покинуть ненадежное убежище.

Встать и протянуть… Нет! Алена тихонько заскулила. Боже! Как права была мама! Ну почему она не пошла в стоматологи? Из-за гнилых зубов пока еще никого не убивали!

Алена встала на четвереньки и выползла наружу. Очень медленно, будто по частям, стараясь не смотреть на убитую медсестру, она поднималась с колен. Если мужчин было не двое, а хотя бы трое… Или если они не успели отойти далеко и вдруг услышат шум за своей спиной… Или…

Этих «или» набиралась целая тысяча. А на другой чаше весов лежала жизнь Гарина.

Гарин шел в кабинет заведующего, держа запечатанный пакет на отлете. Он знал, что в нем притаился смертоносный вирус.

Черный предмет, напоминающий пейджер, издевательски подмигивал красным огоньком светодиода. Но самое главное — записка. В ней могла содержаться важная информация.

«Итак, что мы имеем? Допустим, этот вирус действительно является модифицированным вирусом гриппа. Значит, его нейраминидазу можно блокировать озельтамивиром. „Тамифлю“, если проще. Надо заставить старика съесть целую упаковку — вдруг он еще не успел заболеть».

Эта мысль показалась ему удачной. Гарин решил собрать все запасы «Тамифлю», хранящиеся в отделении, и раздать тем, кто мог контактировать с больным. Прежде всего Островскому, затем — Алене, дежурным по боксовому отделению и, конечно, не стоит забывать о себе.

Во-вторых, надо хорошенько одеться — в специальный защитный костюм и маску. Не исключено, что скоро начнут поступать новые заболевшие: ведь Ремизов наверняка успел заразить кого-нибудь, пока гулял по городу.

В-третьих, немедленно известить СЭС о возможной эпидемии. Стоп!

Здесь возникал один вопрос. Что раньше — позвонить в «органы» или в СЭС? Если несчастный Ремизов сказал правду (Гарин не был до конца в этом уверен, ему по-прежнему казалось, что заявление насчет искусственной природы штамма — бред, вызванный нейротоксическими явлениями), то вирусом должны заинтересоваться соответствующие структуры.

Записка! Он снова вернулся к записке. Как ни крути, сначала он должен ее прочесть. Вот ведь незадача! А если это все-таки не грипп? Гриппа не стоит опасаться: его вирулентность при непосредственном контакте ничтожно мала; этот вирус обладает высоким сродством к эпителию дыхательных путей, а при попадании на кожу он абсолютно безвреден. Но если это все-таки не грипп?

Гарин открыл дверь кабинета заведующего и положил запечатанный пакет на стол. «Где-то здесь у старика должен быть утюг», — вспомнил он. Утюг нашелся на нижней полке шкафчика. Гарин включил его в сеть и стал ждать, пока нагреется.

Тут он точно не промахнется. Высокая температура убьет любой вирус, а их в пятнах крови должны быть миллионы.