Эпидемия

По бетонному полу веранды тянулась широкая красная полоса, уходящая за угол домика, на импровизованную кухню. Но сегодня красная полоса совсем не напоминала след от разбитой бутылки кетчупа.

Из открытой двери магазинчика торчали ноги в черных чулках; один тапок слетел, и Гарин разглядел дырку, сквозь которую светила желтая ороговевшая пятка; задравшаяся длинная юбка открывала безобразные сплетения варикозных узлов. Если раньше, когда они перелезали забор позади морга, у Гарина и была мысль зайти сюда, чтобы купить какой-нибудь водички, то теперь она бесследно исчезла.

— Пойдем отсюда быстрее! — сказал он Алене, закрывавшей рот ладошкой. Она только кивнула, с трудом сдерживая нервную икоту.

Они вышли на асфальтированную дорогу. Гарин затравленно оглянулся, ожидая в любую секунду услышать протяжный вой милицейской сирены, но на улице было тихо. Как-то подозрительно тихо.

«Странно, — подумал он, — в это время люди должны возвращаться с работы. Но где они?» Не было того привычного людского ручейка, который струился здесь ежевечерне, лишь одинокие пешеходы, стараясь держаться подальше друг от друга, осторожно пробирались вдоль домов.

Внимание Гарина привлек лысый мужчина с большим животом, прижимавший ко рту носовой платок.

«Значит, мне все это не снится… В Москве — эпидемия, и она продолжается».

Он достал из кармана моток бечевки, привязал один конец к брючному ремню, а вторым обвил Алену за талию.

— Поддерживай веревку, чтобы это не выглядело, как…

— Да. Теперь мы в одной упряжке.

— Можно было бы доехать до Савеловского вокзала на метро… Или на автобусе, — Гарин почесал переносицу. — Но, думаю, лучше идти пешком. Здесь недалеко. Может, полчаса… Минут сорок, от силы.

— В метро сейчас опасно, — согласилась Алена.

— Знаешь, мы можем пройти вдоль железной дороги до «Дмитровской», а там…

— Я знаю этот район, — сказала Алена. — Здесь же институтская библиотека.

— Точно, точно. Мы тоже получали здесь книжки. Бывало, набьешь полную сумку учебников и потом не знаешь, как тащить. Правда, на третьем курсе у меня появилась машина. Старая такая, но зато ездила.

Они шли, болтая о пустяках. Ужасных событий на один день пришлось столько, что от них хотелось как-то на время отгородиться — чем угодно, хотя бы обычной болтовней. Теперь им казалось, что главное — говорить не останавливаясь.

— Пешком… прогуляемся… Пешком вовсе не опасно, — преувеличенно бодро твердил Гарин, будто забыв случайную встречу с бритоголовыми. И Алена также преувеличенно бодро кивала.