Эм + Эш. Книга 2

Разгневался, стал орать — как, мол, посмел бросить тень на его благоверную, угрожал, оскорблял, чуть руки не распустил — охранникам пришлось вмешаться. И с того дня в «Касабланку» ни ногой.

Тут же ситуация вышла чуть иная. Обманывал как раз муж, даже ещё не муж, а жених. Только вот отец невесты — очень влиятельный человек. Очень. С ним не хотелось ссориться. С ним страшно было ссориться. Но прикидывая обстоятельства на себя, Пётр Аркадьевич склонялся к мысли, что рассказать ему всё-таки надо. Во-первых, не именно ему ведь изменили, значит, рогоносцем он его не выставит. Во-вторых, дочь этого важного человека ещё не вышла замуж, а лишь собиралась, так, может, он поможет предотвратить несчастный брак? Ведь что это за жених такой, если ещё даже не женился, а уже налево гуляет. И главное, на ходу подмётки рвёт. Только в пятницу Эмилия их обслуживала, а во вторник они уже тут вовсю… А потом, он его ещё и скотиной обозвал ни за что ни про что. Тоже, знаете ли, обидно.

Пётр Аркадьевич шумно выдохнул. Снова посмотрел на блестящий телефонный аппарат красивого малахитового цвета, затем перевёл взгляд на чёрный плотный прямоугольник с золотыми тиснёными буквами, который вот уже полчаса вертел в руке. Даже визитка вон у него какая солидная. Наконец решился:

— Здравствуйте, — вкрадчиво заговорил он, когда на том конце ему ответил приятный женский голос. — Мне бы с Сергеем Петровичем поговорить.

— По какому вопросу? — переспросил он и замялся. — По личному. По очень личному.

Но разговор не получился — секретарша вежливо сообщила, что у Гайдамака важное совещание, но она передаст, что он звонил. Спустя два часа Пётр Аркадьевич снова попробовал связаться и снова нарвался на «он очень занят». После третьей неудачной попытки он осмелел и попросил передать Гайдамаку, что дело касается его дочери и её жениха. Не прошло и десяти минут, как Гайдамак перезвонил сам, лично.

Они договорились встретиться на нейтральной территории. Вообще-то, Пётр Аркадьевич пробовал заманить его в «Касабланку», здесь всё-таки он чувствовал себя увереннее, но тот — ни в какую. Пришлось согласиться на «Клермонт», новомодный ресторан на набережной, хотя, судя по тону, согласие у него и не спрашивали.

Место, куда его попросил приехать Гайдамак, выглядело не столь претенциозно, как «Касабланка», но весьма стильно: этакая старинная шхуна с множеством уединённых комнаток-кают, деревянные стены увиты канатами, туалет — вылитый гальюн, вместо окон — иллюминаторы, ну а вместо привычной музыки из скрытых динамиков лился шелест волн, время от времени пронзаемый криками чаек. Только качки не хватало для полноты ощущений. Впрочем, Петра Аркадьевича и без того порядком потряхивало.

Перед самой встречей он вдруг запаниковал, но назад дороги не было.