Элемент крови

Аналитику никто не смотрит вообще, специальные репортажи тоже – ну кого, скажите на милость, в Аду удивишь документальным фильмом про знаменитого людоеда, если тот последние двадцать лет живет в соседней квартире?

Другое дело, трудно усидеть на двух стульях, от них реально требуют невозможного – чтобы люди и смотрели телевидение, и чтобы их одновременно от него тошнило. Спору нет, на Земле это удавалось элементарно, но тут-то, извините меня, совершенно другой контингент! Еще неизвестно, в какой канаве они вообще оказались бы в этом финансовом году, если бы не запустили спасительное реалити-шоу «Стон-2». Хороша была идея и с ток-шоу «Двери», когда гости с подачи ведущего дрались в прямом эфире, но пришлось его прикрыть – зрители в студии вошли во вкус и начали колотить охрану, техников, осветителей, а также самого ведущего, который потребовал повышения зарплаты. Офигел совсем – и так по двенадцать тыщ золотом гребет, и все ему мало. Легче закрыть.

…Кистьев мертвым взглядом посмотрел на данные свежих рейтингов, подготовленные отделом маркетинга. Да, дела все хуже и хуже – сколько монет вбухано в грандиозную раскрутку новых сериалов вроде «Златой телец» (юмористическая версия пустынных похождений пророка Моисея, сам Шеф одобрил) и «Доктор Трупаго» (очередная страшилка про медицинского зомби-маньяка) – а оба взяли и провалились в зрительских оценках. А ведь какие звезды участвовали – и Борис Карлофф, и Евгений Леонтьев, и Кларк Гейбл, и Жерар Филипп! Обидно, просто до слез обидно. Вот и теперь – такая обалденная тема, серийные убийства в Аду, просто чума! Но где возьмешь инфу? К родственникам жертв не допускают, органы словно воды в рот набрали, дома оцепили, съемку не разрешают – приходится лишь толпами запускать в эфир безликих экспертов-криминологов. Но кому нужны скучнейшие рассуждения говорящих голов?

Он поднялся с кресла, готовясь идти в эфирную – но в этот момент в дверной проем прямо на снегокате, на котором он рассекал по коридорам студии, ворвался Сергей Пристяжнев и с грохотом врезался в кожаное кресло. Снегокат недовольно забуксовал.

Кистьев без сил упал обратно в кресло и почти парализованной рукой вцепился в коммутатор. Тот зашипел ужасным акцентом секретарши-румынки.

– Гримеров ко мне, срочно! И всех технарей – тоже сюда!

Не услышав в ее ответе должного рвения, он заорал так, что услышали на улице:

– Я ЧТО, НЕЯСНО ОБЪЯСНИЛ? СКОРЕЕ!

Отключившись, он вонзился глазами в расплывающегося в улыбке Пристяжнева.

– Ну не тяни кота за хвост, а? Премия уже у тебя в кармане. Кто это?

После того как Пристяжнев с апломбом назвал имя, в кабинете воцарилась полнейшая тишина. Все только услышали, как из рук Кистьева выпала золотая ручка «Паркер».