Экспертиза любви

Вот увидишь, как только выяснится, что это не Сергеев, прокуратура сразу к этому делу интерес потеряет.

— Я и говорю. — Мураш закурил. — Ну а ты с причиной смерти еще не разобрался?

— Вова, я же тебе сказал, — с деланой скукой во взгляде ответил Попов. — Не раньше, чем будут готовы все исследования. И особенно гистология. Наркотиков, алкоголя и другой гадости в крови этого парня не обнаружено. Тебе хватит?

— Не-а. — Мурашов сплюнул почти себе под ноги.

— Кстати учти. Табачный дым в сочетании с жареной картошкой из «Макдоналдса» и пивом приводит к импотенции в ста процентах случаев.

— Да с этой работой и без пива импотентом станешь. — Мурашов уже тоже смотрел на Сашу с раздражением. Хорошие они люди, эти эксперты, но на хрен они все время зазнаются?

— А-а-а, — понимающе кивнул Саша. — А ты случайно не видел, как мы утопление вскрываем? Через недельки три-четыре после попадания в воду? — Это он сказал специально, чтобы Мураша позлить. Устали они уже оба друг от друга и от дежурства.

Мурашов чуть не подавился дымом.

— И не надо тебе это видеть. Ну ладно, пока. До утра, что ли?

Мурашов вяло хлопнул по Сашиной ладони, сел в машину и уехал. Санитар Леша, заслышав звук подъ-ехавшей машины, вышел на крыльцо и ждал, пока выгрузят труп. Вышел шофер перевозки, открыл задние дверцы «газельки». Саша обратил внимание, как блеснули в темноте металлические пуговицы на розовой кофточке у лежащей на носилках бабульки, и в отвратительном настроении пошел к себе в комнату.

— Вещи сейчас будете осматривать? — крикнул ему вдогонку Леша.

— Оставь до утра. По всей вероятности, это самоубийство. Скорей всего, постановления на экспертизу не будет. Утром осмотрит тот, кто будет вскрывать. — Что ему в ответ буркнул Леша, Попов не расслышал.

Так, джинсы, футболка, поверх накинуть шерстяной джемпер и заглянуть в сумку. Хотя что там могло поменяться со вчерашнего вечера? Платок. Мокрый носовой платок. Выкинуть его в стирку и взять новый. На всякий случай. Лена проспала и впопыхах собиралась на работу.

— Я бы тебя подвезла, но мне в другую сторону, — мама, уже причесанная, накрашенная, в своем элегантном брусничного оттенка костюмчике, надевала в коридоре черные лодочки.

— Ладно, я на троллейбусе. — Лена по московской привычке запихнула в сумку первую попавшуюся под руки книжку с отцовского стола. Какая разница, что попадется — все равно что-нибудь историческое.

— Сок и бутерброды на столе. Не забудь хорошо закрыть дверь.

Мама вышла из квартиры своей уверенной легкой походкой, и через некоторое время Лена услышала, как пикнула сигнализация ее машины.