Экспертиза любви

Ведь если она пришла работать на кафедру, это входит в ее обязанности… Это теперь ее профессия. Ведь не стала бы она отказываться подержать голову больного, если бы ее попросила об этом ее руководительница? Лена уговаривала себя, но ее руки даже через перчатки не могли свыкнуться со страшными, непривычными ощущениями. Лена сжала зубы от напряжения и почти сомкнула веки.

— Привыкай, — раздался вдруг возле ее уха шепот Рябинкина.

«Так он специально меня не предупредил!» — догадалась Лена. И ей вдруг почему-то стало легче. Если надо бороться — она будет бороться. Она снова прикрыла глаза и увидела: то ли после шестого, то ли седьмого класса она путешествует с мамой и папой на теплоходе. Ей скучно, и от нечего делать она читает в кают-компании книги из теплоходной библиотеки. Лена ясно вспомнила потрепанную матерчатую обложку. Жуткая история — Стендаль. Мадемуазель де ла Моль везет в карете на собственных коленях отрубленную голову своего любовника — Жюльена Сореля.

Первая мысль: «Я бы так не смогла». У рыженькой Лены тогда были загорелые коленки и короткая стрижка — чтоб волосы не надо было каждый день укладывать. Красивая прическа гораздо важнее, чем все на свете книжки. Но темнота кареты, сухие глаза восемнадцатилетней аристократки и тяжесть отрубленной головы — это было сильно. Она бы так не смогла…

Куда ты денешься? Надо — сможешь. А оказывается, мертвая голова — действительно тяжелая и холодная штука…

Рябинкин поправил Ленины руки так, чтобы студентам все было хорошо видно. Она опять сжала ладонями мертвые вдавленные виски.

— Ну, теперь, ребятки, самое интересное!

Ох и оптимист же этот Рябинкин.

Несколько решительных точных движений молотком по долоту — и костная стенка пазухи пробита.

— Отделяем кость, не повреждая внутреннюю оболочку пазухи… Работаем очень аккуратно. Если ее повредить — нахождение в ней жидкости будет недостоверно…

Студенты недоуменно переглянулись. Жидкости? У трупа что, насморк? Этмоидит? Менингит?

Округлый кусочек аккуратно отколотой кости лег на металлическую поверхность стола.

Рябинкин торжествовал.

— Ну, смотрите! Кость мы выдули, а слизистая оболочка осталась неповрежденной?! Пазуха закрыта. Что в ней находится, нам пока неизвестно. Нам нужно это исследовать. Да?

Студенты молчали, как заколдованные.

Лена наклонилась над мертвой головой.

— Ну-ка, ты еще посмотри! — Рябинкин указал долотом в сторону разговорчивого парня. Тот долго смотрел неизвестно куда, при этом Лена засомневалась, понимает ли кто-нибудь вообще, что они делают, и наконец произнес:

— Вроде да. Как простыней занавешено.

— Теперь берем шприц с толстой иглой и протыкаем эту, как ты сказал, простыню.