Экспертиза любви

Лена втайне была довольна — она как-никак оказалась права — не нужна большинству студентов судебная медицина. Но в то же время ей было немного обидно за Рябинкина и за себя. Незаметно она стала привыкать к тому, что она — полноправный, хоть и новый член кафедры.

Конечно, она понимала, что это трудно — и вскрывать, и рассказывать, и показывать, да еще и следить за дисциплиной. «Все-таки не так уж не прав был наш алкоголик-заведующий, — думала она, — когда разрешал тем, кому неинтересно, не присутствовать в секционной». И хотя уходила большая половина, оставались только те, кому это было хоть немного не скучно. По крайней мере остальные им не мешали. Она сама, увы, к этим интересующимся не принадлежала.

Внимательно наблюдая и слушая, Лена также поняла и слабую сторону Петра Сергеевича. Недаром же она спросила себя, волнуется он перед занятием или нет. Петя, конечно же, не волновался. Но оказалось, что его метод преподавания имеет один очень заметный недостаток. Из-за своей любви к судебной медицине и действительно очень больших знаний Рябинкин не замечал, что то, о чем он говорит как о совершенно естественном, остается абсолютно непонятным в неподготовленной аудитории. А если студенты перестают понимать преподавателя — они отключаются. Лена подумала, что абсолютно неправильно терпеть все грубости и унижения от Хачека, переживать хамство Клавки лишь для того, чтобы смотреть на скучающие физиономии и томно прикрытые платочками рты. Может, ей стоит отказаться от этой половины ставки и вообще не ходить со студентами в секционную? Вот она же в свое время не ходила, и ничего — не умерла.

Ей захотелось поговорить об этом с Соболевским. Она осторожно вышла, так, чтобы не заметил Рябинкин, и заглянула в комнату экспертов. Игоря в ней не было. Зато посередине, растопырив ноги и уперев руки в бока, стояла Клавдия и о чем-то разговаривала с Поповым. Лена услышала: «Я все передам Антонине» — и сейчас же закрыла дверь. Ей стало неприятно. Она вернулась назад и посмотрела на часы. До конца занятия оставалось еще сорок пять минут, и до начала лекции, которую должен был читать Рябинкин, — тоже час. Но до лекции еще надо было добраться. Как же он успеет быть одновременно в разных местах?

Петр Сергеевич будто прочитал ее мысли. Он разогнулся над столом и посмотрел на часы, которые висели на стене напротив. Лена поняла, что он тоже прикидывает время. Студенты, обрадовавшись паузе, немного ожили.

— Елена Николаевна, — негромко спросил Рябинкин, — Извеков или Соболевский здесь?

— Я никого из них не видела. — Лена ощутила смутную тревогу.

Петр Сергеевич отложил инструменты и пристально посмотрел на нее. Потом, будто раздумывая, оглядел студентов.