Экипаж

- Да что ты врешь-то, канонир? – недовольно посмотрел на него Святослав. – И ничего я не орал, я молча бегал...

Остап кхекнул, взваливая на плечо тяжеленный контейнер, доверху набитый ампулами с ценителлом. Заказ генетиков с LOKN-4330 был больше, чем заказы на Персефону, Янус, «Перевал», Оттронгкито, Посейдон и Фрейю, вместе взятые.

- Почему-то нас никто не встречает... – поджал губы Моручи. – Странно... Неужели никто не заметил, как мы?.. Или у них тут каждые пять минут кто-нибудь приземляется?

- Не очень верится, - согласился Ежов. – Когда я еще в ментуре служил... недолго правда, всего пару месяцев... был у нас один такой случай – умерла одна бабка. Одинокая – ни родни, ни знакомых. Никто и не хватился. А недели через три сосед чувствует – пахнет из-под ее двери чем-то таким... нехорошим...

- Вот и мне так кажется, - хмуро кивнул капитан. – Зачем бы им еще столько антибиотика понадобилось, да еще так срочно? Почему-то мне кажется, что мы опоздали... Штурман, ну-ка, проверь!

Фрида начала водить головой из стороны в сторону, вылавливая из пространства мысленные волны. Продолжалось это ровно три секунды.

- О-ох... – еле слышно простонала она, падая в обморок. Рудольф еле успел ее подхватить.

- Дышит, - констатировал он, посмотрев на показания дыхательного прибора. – Но слабо. Это что же такое она почувствовала?

- Моя думай, это все злое колдунство! – глубокомысленно заметил Дитирон.

- Положите ее в катер, устройте поудобнее и окажите первую помощь, - распорядился Моручи. Потом сам же выполнил свой приказ. – Второй пилот Кроу, останешься с ней. Тайфун, охранять! Остальные – за мной. Надо выяснить, что это там живет такое, от чего телепаты в обморок падают... Канонир, оставь ящик в катере – чего его зря туда-сюда таскать...

Снаружи станция напоминала несколько грибных шляпок, сложенных рядышком. Изнутри – огромную свалку. Столько испорченного металла Ежов не видел никогда в жизни – сплошные обломки. И грязно так, как будто здесь проводили студенческую вечеринку.

В коридорах стоял мягкий полумрак – освещение происходило сверху, от крошечных пипочек, воткнутых в четыре ряда в потолке. Хотя девять из десяти не светились – только едва заметно помаргивали. Капитан, а вслед за ним и Ежов с Рудольфом включили подсветку в плече комбинезона. Остап тоже включил фонарик, но в топор-пушке.

Пол был грязным. Очень грязным. Причем большая часть грязи имела органическое происхождение и противно хлюпала под ногами. А еще там были осколки стекла. Остап, которого все-таки заставили одеться и обуться, шел спокойно, роговые подошвы Дитирона тоже не встречали особых трудностей. А вот Соазссю приходилось несладко – обуви хуассины не носят, а их ножные щупальца довольно-таки мягкие и очень легко режутся.