Цветок в его руках

Мы ведь никуда не идем сегодня вечером, верно? Никаких поединков в расписании? Только в постель?

Диган, не ответив, сел за стол. И только выпив, Макс поняла, что он, должно быть, понял из ее трескотни куда больше, чем она имела в виду.

– Я не хотела сказать «вместе», – поспешно выпалила она.

Диган возвел глаза к небу. Он действительно немного смягчился. Вот только совсем не пил. И неудивительно. Диган не станет рисковать, не позволит вину затуманить разум. Ведь только ясная голова и умение владеть оружием сохраняют ему жизнь. А это могло означать, что он годами не брал в рот спиртного. В отличие от Макс: дешевое пойло достать легче легкого, а одиночество было хорошим предлогом, чтобы прокрасться в салун за выпивкой. Но сегодня ей не слишком хотелось пить. Она боялась, что уснет, не успев как следует наесться.

– Расскажи о своей семье.

Она взглянула на Дигана, поднося вилку ко рту:

– Тебе обязательно разговаривать за едой? Помогает пищеварению, или как?

– Ты самая языкастая в мире особа, а теперь не хочешь потолковать? Странно.

– Черт возьми, нет! Я просто гадала, почему ты расположен к нормальной беседе только когда что-то жуешь?

– При условии, что у меня есть собеседник. Не то что девица, признающая, что разговаривает сама с собой.

Она рассмеялась, даже не зная, шутит он ли нет.

– Мама не учила тебя простой вежливости?

– Этому необязательно учить, все зависит от воспитания. Твои родные не молчали во время еды, верно?

– Мы с братом обычно дрались за столом. И без умолку болтали, – усмехнулась она.

– Так вы с братом не ладили?

– В основном – ладили. Но я любила командовать: этакая старшая сестра-всезнайка, обожавшая хвастаться своими достижениями. А он был завистливым младшим братом без каких-либо успехов. Я очень его люблю, но он умел задеть меня за живое. Не назвала бы это достижением, но в этом искусстве его трудно было превзойти.

– Обычно драки за столом не приветствуются, – заметил он.

– Кто бы говорил! – рассмеялась она. – Мы с Джонни были детьми. Обычные ребяческие выходки. Будь я сейчас дома, мы и не подумали бы ссориться.

Она не собиралась впадать в ностальгию из-за тоски по дому и брату, но все же замолчала. Должно быть, эмоции отразились на лице, потому что Диган перестал есть и уставился на нее."

"– Я знал свинью по кличке Макс, – неожиданно объявил он.

Брови девушки сошлись:

– Обзываешь меня свиньей?

– Одна леди подружилась с ней и назвала Максимилианом, хотя все звали ее просто Макс. Я вовсе тебя не обзываю.

Она продолжала есть. Несколько глотков – и ее настроение улучшилось.

– Домашняя свинья, вот как? Не удивляюсь. Однажды я полюбила петуха, приносила ему отборные семена, не сердилась, когда он будил меня раньше, чем хотелось бы.