Его тайная одержимость

— Ты вроде такой большой и сильный, а когда речь о моей беременности, паникуешь сильнее чем я.

— Сначала ответь мне, потом будешь шутить! — строго говорю я.

— Ничего не нужно. Просто… займи мне еще минутку.

Даже на мгновение теряюсь, никак не привыкнув к этим ее просьбам. Стоя перед креслом на коленях, подаюсь к Соне, и бережно заключаю ее в свои объятия.

— Вся моя жизнь в твоем распоряжении, — целую ее в висок. — Тебе нужно только согласиться, и я тут же отправлюсь решать вопросы, которые возникли между нами по моей глупости.

— Нет, — вцепляется в мой рукав слабыми пальчиками. — Ты обещал, что пока не станешь никому ничего говорить. Сначала я должна уговорить отца на лечение. А потом… посмотрим.

В груди дрожит затаённое дыхание, будто я даже дышать боюсь, чтобы не вспугнуть своего ангела. Она наконец дала мне хоть какую-то надежду. Пусть пока крохотную и совсем зыбкую, но я не упущу подаренный мне шанс.

— Рома, обещай, — требует она.

— Все что пожелаешь.

— Ты никому не выдашь нас, пока я не дам на это добро. Ни под каким предлогом!

«Нас» — как звучит-то.

— Договорились, — отстаю от нее и беру в ладони ее лицо, заглядывая в любимые глаза. — МЫ никому ничего не скажем о НАС. Пока ты не посчитаешь нужным.

Как же хорошо…

Тянусь, чтобы поцеловать Соню, но вдруг натыкаюсь на ее пальчики, что возникают прямо перед губами:

— Даже не думай снова подобное проворачивать, — хмурится она. — Я не собираюсь становиться любовницей.

— Я бы не посмел тебя так унизить, — с тяжелым вздохом, покаянно опускаю голову.

Однако быстро нахожу альтернативу своему желанию, и касаюсь губами животика:

— Ну как у нас дела?

— Получше, — кивает Соня. — Вроде закончилось. Надо идти, пока нас тут не поймали…

В этот самый момент за дверью слышатся приглушенные голоса. Соня окидывает себя перепуганным взглядом, и в панике начинает озираться по сторонам, будто намереваясь срочно собрать все пуговицы и хоть на клей их присобачить, лишь бы ее не застали рядом со мной в таком виде.

— Эй-эй, — ловлю ее подбородок, вынуждая посмотреть на меня: — Ничего не бойся, слышишь? Я рядом.

— Хочешь предложить мне свой пиджак? — нервно спрашивает она. — Боюсь, это будет выглядеть еще более подозрительно.

Усмехаюсь, поднимаясь на ноги, и направляясь к большому шкафу, в котором я храню трофеи, привезенные из разных стран заодно с поварами. Но на душе неспокойно. Она будто только сейчас в себя пришла от нашего поцелуя. Словно только сейчас, с огромным запозданием, проснулась та самая ее чертова совесть. И теперь все чувства, что были притуплены желанием поочередно проявляются на ее лице. Осознание. Страх. Стыд. Только бы снова глупостей не наделала…

Достаю из ящика пончо, привезенное мной из Перу, и возвращаюсь к Соне.