Его тайная одержимость

— Нет, конечно! Да о чем вы таком говорите?! Я ведь замужем!

Пытается оттолкнуть мою руку и слезть со стола, но я не позволяю:"

"— Это не тот вопрос, в котором стоит делать вид, что между нами ничего не было, — строго говорю я.

— В-вы ведь предохранялись тогда, — шепчет она истерично.

Верно. Значит, она тоже помнит. А я уж понадеялся, что мог забыться…

— Бог свидетель, как я об этом жалею, — говорю, не отрывая глаз от ее лица.

Судорожно втягивает воздух, и закусывает губку. Серебристые глаза мечутся по моему лицу.

— Что вы такое говорите? — хочет злиться на меня, за то, что я снова нарушаю границы.

И она права.

— Я говорю, что вы — моя мечта, Сонь, — продолжаю я, игнорируя голос разума. — Прошу… стань моей. Ты больше никогда ни в чем нуждаться не будешь. И твой сын будет моим.

Открывает рот, а в глазах слезы стоят. Вижу, что она колеблется. Страшно ей.

Подаюсь вперед, прижимая ее голову к своей груди:

— Пожалуйста, — шепчу. — Пожалуйста, Соня. Ты единственное, чего мне от жизни хочется. Не знаю, как без тебя…

— Рома, — как же сладко из ее уст моё имя звучит.

Целую светлую макушку, помогая принять верное решение. Тонкие пальчики снова стягивают ткань моей рубашки:

— А как же Галя? — выдавливает она. — И моя семья…

— Плевать на всех, малышка, — зарываюсь пальцами в ее волосы, прижимаюсь лбом к ее лбу. — У тебя буду я. Мы с малым — твоя семья. Об остальном я позабочусь. Рано или поздно они простят нас.

— Нас… — эхом повторяет, будто загипнотизированная глядит мне в глаза своими влажными.

— Просто ответь, что согласна, дальше я сам разберусь, — поторапливаю ее с ответом, чувствуя, что она может в любой момент вспомнить о своих дурацких принципах.

Внимание серых глаз переключаются на мои губы, и я буквально нутром уже чую, каков будет ответ. В голове заведомо звучат фанфары, и я стискиваю челюсти, чтобы не впиться в ее рот поцелуем, прежде чем услышу, что она скажет.

— Я с-со…

Открываю рот, ловя каждый ее звук, как вдруг тишину спящего дома разрезает звонок телефона…

19. ОН

Соня вздрагивает и спешит отстраниться от меня. Вижу, что сорвалась с крючка. Взгляд ясный и даже несколько ненавидящий:

— Я совершенно точно помню, как просила вас больше не говорить мне ничего подобного, — чеканит она. — Вы — жених моей сестры. А я замужем и безмерно обожаю своего избранника!

Чертов телефон! У меня зубы скрипят об бешенства. Прикладываю все усилия, чтобы не сделать Соне больно, потому как моя ладонь, что все еще лежит на ее шее, отчаянно желает сжаться в кулак.

— Какой к черту избранник? — рычу я, кивая на ее руку. — Ты ведь даже кольцо не носишь!

Хмурится, будто растерявшись на секунду:

— Так я ведь с тестом каждый день вожусь, — словно оправдывается.