Его сокровище

Когда ответа не последовало, вошел и обнаружил, что моя жена свернулась калачиком под одеялом, отвернувшись от меня. Эта странная боль в груди снова образовалась. Возможно, мне нужно было обратиться к врачу, чтобы убедиться, что у меня нет сердечного приступа.

— Что ты делаешь? — спросил я, мой голос прозвучал громко и резко в тихой комнате.

София вздрогнула, и я понял, что она спит.

— Маттео?

София попыталась сесть у изголовья кровати. Когда она отводила взгляд, напряжение скатывалось по ее плечам. Из-за большого черного свитера она выглядела бледной, а глаза были затенены темными кругами.

— Что ты делаешь? — спросил я еще раз, пытаясь контролировать голос.

— Я спала. Извини, — добавила она шепотом. Ее руки скрючились под одеялом.

— Почему ты извиняешься?

Я сделал несколько шагов к кровати.

— Ты выглядишь сердитым.

Я злился, но мне было трудно сдержать эмоции, глядя на эту хрупкую девушку.

Я громко вздохнул, не зная, для чего продолжаю этот разговор.

— Я слышал, ты не выходила из комнаты со вчерашнего дня.

Она кивнула, но не дала объяснения своему абсурдному поведению.

— Ты ела?

Она закусила губу, на мгновение встретившись с моим взглядом, прежде чем снова отвести его. Я стиснул челюсти, чтобы не потребовать от нее не сводить с меня глаз.

— У меня в сумке был шоколадный батончик, — пробормотала она.

— Ты съела шоколадку?

Она весь день и всю ночь пряталась в своей комнате, и из еды у нее был один единственный шоколадный батончик?

К моему ужасу, ее нижняя губа задрожала, а глаза наполнились слезами.

— Мне жаль. Я не знаю, что делать и каковы правила. Я буду стараться лучше. Просто скажи, что мне делать.

Я стоял, застыв, пока София свернулась калачиком, ее плечи тряслись. Ничто в моем воспитании не подготовило меня к такому.

— Хватит плакать, — отрезал я."

"София издала тихий икающий звук и поджала губы, чтобы заглушить рыдания.

Я провел рукой по лицу. Должен ли я позвонить кому-нибудь? Моя сестра точно знает, что делать. Но позвонить кому-то другому прямо сейчас значит признаться, что эта девушка мне небезразлична.

Сжав челюсти, чтобы не наброситься, я сел на край кровати и положил руку ей на плечо. Она напряглась, и мое настроение испортилось еще больше. Я убрал руку.

— Ты скажешь мне, что я сделала не так? — тихо спросила она.

Я нахмурился.

— Ничего. Но тебе нужно поесть. Давай же.

Я встал, когда она скинула ноги с матраса. София потянулась к ходункам трясущимися руками, пальцы побелели, когда она сжала ручки. Я нахмурился еще сильнее, когда она попыталась встать и упала обратно на кровать.

— В чем дело?

На этот раз мне хотелось бы знать, как уметь разговаривать… нежно или что-то в этом роде.

— Извини, я просто немного нервничаю.