Его слабость

Б*я, убить бы!

Вроде я так устала, вроде жить не хотелось секунду назад. А тут вспомнила, что в начале лета медведи голодные и не очень то дружелюбные. Надо быть взрослым человеком, чтобы знать, насколько опасен такой зверь.

Да я так даже в школе на короткие дистанции не бегала, как в этот раз, когда неслась к Лёшке на встречу.

А страх усилился, когда Лёшка с распахнутыми в страхе глазами, меня выловил и за спину свою спрятал. У него с собой ни ножа, ни топора, ни пистолета. Я не представляю, как два человека с таким зверем справиться смогут.

Я назад оглянулась, а медведище лёгкой поступью следом бежал.

Васин расставил руки в стороны, и чуть накренившись, как заорал! Так орал, с таким злобным рёвом, что медведь остановился, и вроде боком встал, глаз с нас не спуская. А потом зверь, грузно, поднялось на задние лапы. Выглядел впечатляюще, на заброшенной дороге посреди густого леса. Как у себя дома.

Леденящий ужас прокатился по мне. Но выхода никакого не было. Я выскочила из-за Лёшкиной спины, тоже расставила руки в стороны и тоже заорала. Отчаянно, зло с надеждой выжить.

А Лёшка тоже орал и ещё ногой топал. И я следом.

И теперь мы, как два индейца, исполняющие ритуальные танцы, поперёк дороги встали и кричали на весь лес так, что птицы с ближайших деревьев разлетались, и в панике стрекотали сороки.

Медведь, оценив мою весовую категорию, озлобленность мужчины, вдруг повалил своё тело на бок и сбежал в лес. Сделал он это так быстро, что я не сразу пришла в себя. Долго оглядывалась назад, когда Лёшка тащил меня по дороге.

– Ты меня напугала! – злился Леший. – Надо же хоть каплю уважать другого человека.

Он шёл размашистым шагом, я еле за ним поспевала.

– Я к людям хочу, – заныла я, стараясь оправдаться, а у самой на душе чувство вины.

– В тайге опасно, а ты такое вытворяешь! – он явно испугался за меня.

– Лёша, верни меня домой, – проскулила я.

– Сейчас верну, – это было сказано с угрозой.

***

В одну сторону я бежала быстро, а возвращаться пришлось долго. И дорога не кончалась. Пока до деревни дошли, я чуть не умерла. У меня таких нагрузок на участке, даже во время карантина, не было. Старалась взять передышку, но Леший запястья моё в стальные пальцы заключил и не отпускал. Пришлось из последних сил за ним двигаться, потому что слово ему боялась сказать. Уж больно страшный.

А когда до дома дошли, я уже собиралась остановиться, чтобы отдышаться и пойти на кровать рухнуть, а Лёшка меня дальше удумал тащить. Я повисла на его руки, ногами в траву упёрлась.

– Куда? – испуганно взвизгнула я.

– Наказывать буду, – отозвался псих."

"– Что?! – возмутилась я и стала сопротивляться. – Это тебя за похищение наказать надо! Так с женщинами не поступают!!!

– Правильно.