Его невеста

— Я не могу, Федь… Вот правда. У меня там всё…

В воздухе появился терпкий, безумно сладкий запах её возбуждения.

Федор подобрался и слегка прищурился. Он постарался отвлечься. Черт! Сорвется сейчас. Снова.

— Договаривай, Нат.

— Поласкай меня, — быстро выпалила она, решившись. — Как ты говорил там… у себя в лесу.

Вот теперь Федора обдало жаром. Он не ослышался. Она на самом деле его попросила.

Он ничего не стал говорить. Слова в данном случае были лишними. Похеру на него самого! В конце концов, если что передернет. Справлялся же он со своим бешеным темпераментом три года? Сейчас тоже справится. Три года без женщины давались ему с трудом. Но он тотально огородил себя от их присутствия.

Это была его добровольная кара. Не сберег он Арину, своего будущего ребенка. Расплата должна быть.

Тогда почему ему дарован второй шанс?

Федор подался корпусом назад и быстро стянул с себя тенниску. Она ему мешала. Дальше раздеваться он не планировал.

Федор спустился с дивана на пол и встал на колени. Наташа, не моргая и почти не дыша, наблюдала за ним. Ему нравился её взгляд. Её трепет. То, что смотрит.

Как смотрит.

Немного настороженно. Робко. В то же время на самом дне её распахнутых глаз плещется вожделение. Ожидание.

Федор положил ей ладони на обнаженные колени. Полотенце — то ещё укрытие. Но и его он не спешил откидывать прочь.

Пусть. Так даже острее.

Их физические контакты отчего-то напрямую связаны с водными процедурами. Наташа всегда слегка влажная.

Подумал про её влажность, и взгляд сразу устремился вниз. К еще сомкнутым коленям, которые он начал разводить в стороны.

Медленно. Дразня себя. Её. Спешить не собирался.

Сегодня будет всё для неё.

Сам потерпит. Не маленький.

Он ей задолжал.

Под полотенцем, естественно, ничего не было. Розовенькая. Красивая.

Наташа заерзала, но из его рук не выскальзывала. Правильно, никуда он её не отпустит.

Федор тоже смотрел. Любовался. Её половые губки слегка припухли и поблескивали от влаги… или страсти?

— Иди ко мне.

Федор потянул её на себя, и Наташа поддалась. Вот так. Да.

Полотенце задралось, бедра полностью обнажились.

— Развяжи узел, — чуть слышно попросил Федор, жадно наблюдая за действиями Наташи.

Раскроется? Для него?

Раскрылась.

Неспешно, осознанно.

Она показала себя ему.

В комнате была приятная температура, не холодно. Плюс у Наты начались изменения, значит, не замерзнет. Он тоже постарается согреть её.

Какая же она красивая… Не налюбоваться. Он хотел рассмотреть её всю. Федор относился к визуалам, ему необходимо видеть партнершу. В сексе не должно быть преград, препятствий, смущения. Только открытость и драйф. Вот он сейчас и кайфовал.

Поднял руку и дотронулся до слегка опухших розовых лепестков.

— Не больно?

Ответом ему послужило невнятное мычание.