Его невеста

Правда, одной рукой, вторую она переместила к стене.

Ладони, что упиралась в плечо, было тепло. У хозяина дома точно нет температуры? Или такой эффект от кожи, потому что он пришел с улицы?

— Наташа… — Она готова была поклясться, что её имя, произнесенное вслух, далось ему с трудом. Он не двигался. — В комнату. Живо.

ГЛАВА 8

Перед Натой поставили хорошо прожаренный стейк с зеленью и душистыми травами. Потом принесли стакан с морковным соком.

Замечательно.

При других обстоятельствах Наташа бы пришла в восторг, что мужчина за ней ухаживает. С раннего утра.

А тут… всё внутри переворачивается от тревоги и негодования.

Началось с пробуждения. Мало того, что Наташа долго не могла уснуть, прислушивалась к звукам за дверью. Когда же провалилась в сон, опасалась, что снова приснятся ТЕ кошмары. Не было никаких сновидений. Зато, проснувшись, Ната обнаружила рядом с собой смятые простыни.

Кровать была большой, метра два в ширину точно. Ната устроилась спать едва ли не на самом краю, свернувшись в позу эмбриона. Как же хотелось домой… Другую сторону укрывало ещё одно одеяло. Вот на нем Ната и обнаружила отчетливый след ранее лежащего тела.

Какого черта?..

Ната вскочила с кровати, как ошпаренная.

Значит, он снова приходил.

Спал рядом.

Это уже перебор!

Ната провела рукой по лицу. Перебор — понятие растяжимое, как выясняется. Пару дней назад она и помыслить не могла, что будет находиться в заточении у мужчины.

Спускалась к завтраку с осторожностью, мысленно загадывая, чтобы Федора на кухне не было. Чтобы его вообще не было. Ни в доме. Ни в её жизни.

Надеждам Наты не суждено было оправдаться.

Его мощную фигуру в черном она увидела ещё на подходе к кухне. Мужчина деловито готовил. Девушка прошла, села за стол, положив руки на столешницу.

— Доброе утро, — это он.

— Здравствуете, — она.

Он поставил перед ней еду, напротив — себе, и лишь тогда сказал:

— Давай уже переходить на «ты».

Ната подавила горькую усмешку. Он ей и не выкал.

— Нет, — решительно проговорила она, внезапно осознавая, что вид прожаренного стейка вызывает у неё зверский аппетит. Хотя по утрам Ната предпочитала кофе, йогурт и кашу. На крайний случай — омлет с беконом или колбаской. Но никак не стейк.

— Придется, — Федор шумно отодвинул стул и сел.

Стол в кухне не был широким. Как раз предназначался для небольшого количества людей. Двое- четверо максимум.

Поэтому расстояние между ней и Федором было незначительным. Девушка слишком остро чувствовала его присутствие. Она говорила себе, что это неизбежность. Они одни на небольшой территории.

Тогда почему грудь сдавливало?

— У вас идеально получается решать за меня.

— Приятного аппетита, Наташа.

— Не подавиться бы от такой приятности, — пробормотала она едва слышно и потянулась за соком.