Его нельзя любить. Сводные

Атмосфера располагает. Могла бы я когда-нибудь подумать, что вот это все случится в реальности? Нет.

— Ба, нужно обои съездить выбрать.

— Ой, Ника, может, завтра? Вы только с дороги. Какие обои?

— Слушай бабушку, — Ян закидывает руку мне на плечо и притягивает к себе. — завтра с утра пораньше встанем и смотаемся за обоями.

— Ты раньше двенадцати в принципе не просыпаешься, — закатываю глаза.

— Да как съездите, так и съездите. Не управимся за эти выходные, так прилетайте на следующие, я только рада, — закидывает удочку ба, и мы с Яном переглядываемся.

— Давай я тебе бригаду найму, баб Сим. Они тебе за неделю весь дом отремонтируют.

— Ну куда весь то? Куда весь? — охает бабушка. — Дорого. С ума сошел.

— По-родственному, — Ян ухмыляется.

Ну вот, сколько он продержался? Часа четыре?

— Придумал деньги тратить. Лучше вон на моря, какие слетайте.

— Бабуль, не слушай его. Ян шутит. Мы все сделаем, как договаривались, — улыбаюсь.

Бабушка и так изначально была против, чтобы я деньги тратила. Мы еле-еле нашли компромисс. С меня обои с нее краска.

— Ну хорошо. Весело с вами ребятки, но мне на рынок надо. Вы располагайтесь, ужин я сама приготовлю, Ника.

— Ладно.

Бабушка уходит, и Ян тут же обхватывает мои щеки. Целует. На секунды даже теряюсь. И смешно, и мурашки по коже от переизбытка чувств, что во мне вызывает его порыв.

Обнимаю его в ответ. Уже на инстинктах прижимаюсь теснее и закрываю глаза.

— Нужно чемоданы разобрать, — приоткрываю глаз, а саму в сон тянет.

— Пошли.

— А тарелки? — смотрю на стол с грязной посудой. — Я сейчас быстро помою и поднимусь. Иди.

Ян, конечно, никуда не уходит. Остается со мной. Я мою, он протирает и убирает тарелки в шкафчик.

Чемоданы тоже вместе разбираем, ну насколько это возможно. Я сижу на полу, раскладывая вещи по полкам, Гирш пристроил голову на мои колени, и что-то листает в телефоне.

Разобравшись со шмотьем, иду в душ.

Когда возвращаюсь, замотанная в одно полотенце, сразу напарываюсь на уже до боли знакомый взгляд. В нем похоть и обожание.

Гирш пружинисто поднимается на ноги. Наступает. Прижимает меня к стенке, и щелкнув замком, закрывает дверь.

Второй рукой, уже стаскивает с меня полотенце, полностью обнажая.

Мы долго целуемся и перемещаемся на кровать. Раньше, я бы со стыда сгорела заниматься сексом в бабушкином доме, а теперь даже мысль не проскользнула, что я совершаю что-то до неприличия ужасное.

Ян нависает надо мной. Целует грудь, бедра. Распаляет жадными прикосновениями и важными поцелуями. Его губы словно повсюду.

Когда чествую запах аптечки и понимаю, что он надел презерватив, горю от нетерпения. Южная жара, вино, недосып и адское желание смешиваются в какой-то убийственный коктейль.

Я кончаю ярко, едва сдерживая стоны. Ян финиширует следом.