Его моя малышка

"

"‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Так, поднимаясь в лифте, не удержалась — прижала мягкую ткань к лицу. Закрыв глаза, вдохнула запах. Такой волнующий, мужской, пьянящий, что не хотелось его отпускать. Ни Гомельского, ни его чёртов пиджак.

И дома избавится от мыслей о нём было сложно. Потому, что там стояла кружка, из которой он пил, поблёскивая обручальным кольцом. Потому, что у него был самый красивый кадык на самой красивой шее, какие Марина когда-нибудь видела. И потому, что он её поцеловал. Вон там, у окна.

Она добрый час проворочалась в постели, пытаясь не думать. А потом сгребла в охапку его чёртов пиджак, уткнулась в него лицом и… уснула.

А проснулась от звонка в дверь.

Глава 32. Марина

— Кто там? — просипела Марина хриплым со сна голосом.

— Ресторан «Решес Гартен». Доставка еды.

— Что? — недоумевая, разглядывала она в глазок парня в фирменной одежде, поварском колпаке, фартуке и с двумя большими сумками в руках. Но, накинув халат, всё же рискнула открыть.

— Где я могу накрыть для вас завтрак? — огляделся парень. И на неопределённый Маринин жест уверенно подвинул к дивану в гостиной журнальный столик.

Пока Марина суетливо убирала раскиданные бумаги, пока бегала из гостиной то в ванную причесаться, то в спальню — закрыть дверь, комната уже наполнилась чудными ароматами свежей выпечки, жареного бекона, омлета и волшебным образом преобразилась, когда на бордовую скатерть с белыми салфетками встала ваза с алой розой, а на тарелках с золотыми ажурными ободками, как на голландском натюрморте, легла еда.

— Бон аппетит! — улыбнулся парень, кланяясь. И подхватив свои сумки, направился к выходу.

— А тарелки? — совершенно сбитая с толку, распахнула ему Марина дверь.

— Всё оплачено. Их, как и столовые приборы и скатерть, вы можете выкинуть или оставить себе, — улыбнулся он белозубо. И пока Марина переваривала полученную информацию, словно по мановению волшебной палочки, исчез.

И не было ничего, ни открытки, ни карточки, кроме визитки ресторана, но Марина точно знала кто сделал этот заказ.

И она ещё не успела сполна насладиться послевкусием от нежнейшего паштета на тостах, изысканности салата, приправленного капелькой оливкового масла с травами и ароматом кофе, когда в дверь снова позвонили.

Она распахнула её не спрашивая, почему-то ожидая увидеть самого Гомельского, но это снова была служба доставки. В этот раз цветов.

И два букета, составленные строго в цвет интерьера, роскошных, необычных, благоухающих заняли свои места на барной стойке и на прикроватной тумбочке, а вот с третьим у неё возник вопрос.