Мафиози и его мальчик (СИ)

- Ладно, - Яр инстинктивно поднял было руку, чтобы коснуться его, но тут же остановил. Сева опустил взгляд на его пальцы и зло произнёс:

- Что? Зашквариться брезгуешь ещё?

- Да пошёл ты, - Яр отвернулся и, уложив последние коробки с едой, посмотрел на шконарь. Сверху не спал никто – здесь, в самом вонючем углу, шконок вообще было меньше, и все они были пусты, но Сева всё равно на них никогда не залезал."

"На Яра же снова накатило это чёртово: «Не могу». Он почти физически не представлял, как может втиснуться туда, на пол, и потому просто сел сверху и стал ждать.

Зеки по одному возвращались с обеда.

На него не смотрел никто – как будто Яр вот так разом перестал существовать.

Хотелось орать матом, хотелось схватить кого-нибудь за грудки и проорать, напомнить, как тот заискивающе смотрел на Яра всего пару недель назад, как выпрашивал кассеты и пропуск в тренажёрный зал, но Яр продолжал сидеть, только иногда повторял тихонько про себя:

- Дерьмо.

Сева тоже не смотрел на него. Он сидел на полу, обиженно уставившись в темноту. По другую сторону параши сидели, подозрительно зыркая на них, ещё трое петухов – этих Яр опускал сам, и они в основном просто следили за чистотой.

В голове промелькнула мысль, что теперь эти никчёмные, казавшиеся ему уже побеждёнными существа, могут представлять реальную угрозу – но Яру тут же стало смешно. С ним они не могли сделать уже ничего. Думать надо было о другом.

Смотрящего в бараке не было – по крайней мере, формально. Реально они с Богатырёвым делили этот пост вдвоём. Теперь, когда не было ни Богатыря, ни его, Лысый должен был назначить кого-то ещё. И кого-то прямо в хату, сюда. Что от этих новых пацанов было ждать - пока было трудно предсказать.

А ещё в голове без конца крутился телефон. Он отпечатался в памяти так, как не отпечатался бы, даже если бы Яр пытался выучить его нарочно.

Теперь, когда он оказался по уши в дерьме, между ним и звонком и вовсе стоял какой-то непреодолимый барьер – и в то же время именно теперь невыносимо хотелось просто услышать голос Андрея и всё.

Ближе к ужину Яр не выдержал. Он решил, что не обязательно должен что-то говорить. Андрей ведь тоже ничего толком не написал. Но он написал, что ему можно позвонить – может, сигарет или сахара попросить.

Яр встал и, стараясь поменьше хромать, направился к выходу, к тайнику, где оставил телефон. Он уже добрался до места и извлёк из ниши аппарат, когда услышал за спиной молодцеватый голос:

- Нихуя, оборзели петухи.

Яр инстинктивно сжал телефон и обернулся на звук.

- Тут таскаешься к блатным позвонить каждый день, а кто-то шкварит телефон.