Его любимая девочка

Должно быть, он и принёс меня сюда.

Осмотрела себя и усмехнулась. Я по-прежнему была в одежде. Ну надо же. Господин не захотел пьяную женщину. Смешно.

Но на место сарказма, пришло невыносимое отчаяние, смешанное с лютой ненавистью к Джанабаеву и всем его пособникам в этом проклятом доме!

Закрыла лицо руками и застонала.

Я чётко помнила всё, что со мной произошло, пока я была под действием той гадости, которой меня пичкали. Но я будто марионеткой была и никак… никак не могла сопротивляться.

Такое ощущение, что моё сердце зажали в тиски, и оно, несчастное, бьётся с такой силой и скоростью, как будто хочет вырваться из клетки! Я даже чувствую, как оно выпирает из груди при каждом новом ударе.

Кажется, что оно сейчас взорвётся.

Мне больно от того, что мной пользуется этот страшный человек, будто я кукла, которую можно исследовать, ломать, чинить, снова ломать…

Я домой хочу, в свою прежнюю жизнь…

Слёзы застилают глаза и их так много, что мгновенно моё платье промокает от горячей влаги.

Я устала…

Устала бороться. Устала бояться. Устала подчиняться.

Ничего хочу, кроме того, чтобы оказаться в тихом и спокойном забвении."

"Джанабаев добился своего. Он доказал и показал мне, что я в полной его власти и мне никогда… никогда самой не выбраться из этой клетки.

Во мне скопилось столько разрывающей и невыносимой боли, что уже не только тело, но и душа начала корчиться. Моя истерзанная душа мучается и страдает вместе с телом в адских муках. Она страшится того, что меня ждёт дальше.

Мои лёгкие сдавило и захотелось мне кричать во весь голос. И не просто закричать, а заорать, завопить как можно громче и так долго, насколько хватит сил, чтобы меня услышали, наконец! А потом зареветь навзрыд.

Я не сдерживаю рыдания. Не сдерживаю эмоции.

Кажется, я даже оглохла от собственного крика.

И не замолчала, когда в комнату влетел Артур. И мне было плевать, что на его лице застыл страх.

Увидела это чудовище и мысленно я вдруг услышала, как разбилась моя душа.

Я слышала отчаянный душераздирающий вопль, и пронзительный звон бьющейся на миллион осколков моей души.

Мне было невыносимо больно.

— Лена! — закричал Артур и схватил меня за плечи. Затряс. — Лена! Что с тобой, моя девочка?! Где болит?! Скажи мне!

Ударила его по рукам и навзрыд закричала:

— НЕНАВИЖУ ТЕБЯ-А-А-А! НЕНАВИЖУ! ПОСМОТРИ, ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛ!!! Я ЖИТЬ НЕ ХОЧУ!!!

Он, видимо, не ожидал от меня такой истерики.

Да я и сама от себя не ожидала.

Но рано или поздно, это бы случилось. Не может человек держать в себе переживания, страх, отчаяние и ненависть. Комок рос и превратился в лавину, которая вырвалась наружу.

— Лена! Успокойся! У тебя откат от препарата!

Замотала головой, усиливая свою боль. Слёзы лились, не прекращаясь.