Его строптивая любовь (СИ)

Интуиция шепнула, что, скорее всего, я и вовсе единственная студентка, ведь учебный год ещё не начался.

— Доброе утро, ответили мне вразнобой мужчины и женщины.

И замолчали, даже не думая делать вид, что завтракают. Разглядывали меня в упор.

— Простите, я попала в преподавательскую столовую и не должна здесь находиться? — уточнила, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Нет, столовая у нас общая, — ответил ближайший ко мне высокий и худой мужчина с чёрными, как смоль, волосами и жестокими стальными глазами. — Завтракайте спокойно, вы в своём праве.

— Благодарю, — ответила с кивком.

Выбирать блюда и относить их за свободный стол под пристальными взглядами преподавателей было неловко и неприятно, однако я не стала праздновать труса и решила довести начатое до конца. Я — Алессаль Фогрейв, я не имею права демонстрировать слабость. Я не хочу её демонстрировать.

Одна из поварих тепло мне улыбнулась и подала чашку дымящегося ароматного чая. С искренней благодарностью улыбнулась в ответ и пошла за стол, понимая, что все взгляды устремлены на меня, сейчас нельзя ни споткнуться, ни позволить пальцам задрожать.

Выдержка, манеры, непробиваемое спокойствие — три кита идеального поведения в любом мире. Я безжалостно подавила сопротивление организма, который вдруг решил, что завтрак ему совсем не нужен, правда, для этого пришлось вновь прибегнуть к помощи Огонька. Его жар отлично уничтожал лишнее напряжение. Взяла вилку и нож.

— Доброе утро, — донеслось от двери. — Я — Нарин Рувс, маг земли и воды, — представилась красивая зеленоглазая брюнетка. — Зачислена на первый курс факультета красоты и изящества, также планирую изучать травы и медицину.

Так вот, как мне следовало себя вести, но мне и в голову не пришло полноценно представиться. Более того, я совершенно не в курсе, на какой факультет меня зачислили!

Девушка быстро определилась с выбором блюд и направилась прямиком к моему столу.

— Привет. Можно к тебе?

— Привет. Конечно. Присаживайся, пожалуйста, — ответила я, стараясь не тараторить от волнения. Как ни крути, а спокойствие моё было напускным.

— Признаться, я в недоумении, — сообщила Нарин доверительным шёпотом. — Меня забрали с королевского бала, привезли в академию, заставили пройти испытание в шелках и драгоценностях, ещё и оставили здесь без возможности выхода в город. Ты не знаешь, что происходит? Я так понимаю, из обучающихся во всей академии только ты и я. Это очень странно.

— Сама ничего не понимаю. Мы вчера с братом до бала, на котором я так же должна была присутствовать, зашли к ректору, чтобы предъявить письмо от его величества, — начала я рассказ, понимая, что содержание нашей беседы — всеобщее достояние. Подслушивали даже поварихи, замершие с половниками за стойкой.