Его личная звезда. Дилогия

Ирида лежала и слушала, как бьется его сердце. Тук-тук, тук-тук. И в эти нечаянные минуты тишины на неё нашло успокоение, не хотелось просыпаться, не хотелось снова сталкиваться с заботами нового дня. Осознавать, где ты находишься, и как нескоро выберешься с неизвестной и пугающей планеты Йетлэ.

- Хитрюшка, - хриплый голос Богдана вызвал у её тела уже привычную реакцию - мелкую дрожь. На сей раз не от страха, а от чего-то более глубокого, пока не понятного и Иридой не признанного.

- Почему? - она лежала, не двигаясь и по-прежнему не открывая глаза.

Ей было хорошо.

Просто хорошо.

- Потому что проснулась, а притворяешься, что спишь.

Губы девушки тронула улыбка.

- Я не притворяюсь. Я лежу с закрытыми глазами. И только.

- И только?

- Да.

Оказывается, с ним можно было вести необременительные, ничего не значащие диалоги. Говорить разную чушь, чувствуя себя при этом естественно и свободно.

Он не страшный. Он - сильный.

- Всё равно хитрюшка.

- Пусть будет так, - Ирида продолжала улыбаться ему в грудь, не зная, что своим дыханием щекочет его кожу.

А Богдан боялся пошевелиться, разрушить момент их единения.

Она с ним. Рядом. Его.

Небеса...

Спасибо.

- А ты... давно проснулся?

- Нет.

Ложь.

Он проснулся после пяти часов сна. Его организм восстановился, а женское тело, что лежало рядом, прижавшись к нему, послужило отличным сигналом к пробуждению. Первым инстинктом было желание, что пронзило его, словно вспышка молнии. Член налился кровью и требовал разрядки. Сильной, жесткой. Реакция была привычной, после сумасшедшего выплеска адреналина на красном песке требовался секс. Организм жаждал продлить свой род, оставить след. И находись они с Иридой в любом другом месте, кроме Батласа, Богдан бы аккуратно, но настойчиво пристроился к звезде сзади. Но они в чертовом Батласе, и у него не было уверенности, что где-нибудь в стене не существует тайника, и какой-нибудь ублюдочный извращенец не подсматривает за ними.

А свою звезду он никому показывать не собирался.

Собственник оскалил морду и выпустил когти. Пришлось его подавлять."

"Но запах Ириды сводил с ума. И чтобы хоть как-то усмирить сносящее голову желание, Богдан осторожными движениями перенёс Ириду на себя.

Вот так, девочка. На мне.

Он наслаждался её невесомостью. Хрупкостью. Совсем малышка.

Слушал её сонное посапывание и боялся пошевелиться, чтобы ненароком её не разбудить. Пусть спит. Событие последних дней были насыщенными, ей требовался отдых. Если бы обнаружилось, что она страдает бессонницей, он сам бы усыпил её, нажав на несколько точек на теле.

- Как ты себя чувствуешь? - она подняла голову с его груди и посмотрела прямо в глаза. Белокурая прядь упала ей на глаза и щеку, и девушка попыталась её сдуть, чем вызвала тихий смех Богдана.