Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Избитая проститутка, старуха со спутанными седыми волосами, пара с ребенком-защитником, нищий, ученый, сказитель, разорившийся богач, вдова с маленьким ребенком, школьный учитель и крестьянин.

Все, кто до последнего остался людьми в этом городе.

Они стояли вокруг лежавшего в луже крови тела Чу Сюня, плакали и благоговейно прикасались к нему. Вдруг ресницы мертвеца затрепетали, и он медленно открыл глаза.

— Князь!

— Князь Чу!

Не в силах сдержать душевный трепет, Мо Жань прошептал:

— Это… это ведь..

Без сомнения, это была давно утерянная легендарная магическая техника. И сейчас он мог своими глазами наблюдать ее действие в этом иллюзорном мире.

— Это «Последнее заклятие[68.2]». Он уже мертв, но перед смертью использовал эту технику на себе. — Чу Ваньнин вздохнул и тихо закончил. — До самого конца он продолжал беспокоится об этом мире и людях.

Глаза Чу Сюня и впрямь были глазами мертвеца, так же как и голос, в котором отсутствовала даже капля жизни:

— Призраки коварны, не стоит верить их обещаниям. Как только наступит ночь, без духовного барьера они вырвутся из тьмы и убьют всех живых в этом городе. Единственная надежда на спасение для вас, это сейчас же покинуть Линьань и отправиться в Путо.

— Князь…

— Я мертв и не смогу сопровождать вас в пути. Но я собрал все свои жизненные силы в моем духовном ядре. Пока оно будет в ваших руках, призраки не смогут приблизиться.

Стоявшие вокруг люди не скрывали слез и рыданий.

Мо Жаня и Чу Ваньнина пробил холодный пот.

Духовное ядро — это душа совершенствующегося, запечатанная в его сердце...

Мертвый Чу Сюнь медленно поднял свои окоченевшие руки. В соответствии с заранее наложенным заклинанием, он достал спрятанный кинжал и воткнул в свою грудь.

— Князь! — люди вокруг него рыдали, их голоса были полны искренним страданием. — Князь, что же вы делаете?!

Пальцы мертвеца вонзились в плоть, и Чу Сюнь медленно вытащил из собственной груди уже не бившееся сердце.

Оно все еще истекало кровью и было окутано пульсирующим золотым сиянием.

Это был последний свет жизни Чу Сюня, его душа, привязанная к мертвой плоти.

— Возьмите... его…

Он поднял горящее сердце и протянул его людям:

— Просто… возьмите… его…

Капли крови, что падали на пол и, коснувшись бездушного камня, превращались в красные цветы яблони. Алые цветы яблони сияли духовным огнем, ослепляя людей своим светом."

"— Вас ждет долгое и полное опасностей путешествие. Моя короткая жизнь подошла к концу. Все, что я могу сделать, это отдать вам то, что осталось от моих духовных сил… я надеюсь… надеюсь... сможете…. правильно… распорядиться этим… даром...

Мо Жань был в состоянии близком к панике. В ужасе он наблюдал за сценой, развернувшейся перед его глазами.