Егерь императрицы. Русский маятник

Вечером пятнадцатого ноября 1796 года во время ужина в Зимнем дворце лейб-медик Джон Роджерсон обратил внимание на характерные признаки надвигающегося апоплексического удара у Екатерины и предложил ей немедленно сделать кровопускание, чтобы тем самым снизить давление. Всегда скептически относившаяся к медицинским процедурам императрица категорически от них отказалась. Ранним утром шестнадцатого ноября она, как обычно, выпила очень крепкий кофе, который, возможно, ещё более усилил давление, после чего отправилась в свои покои переодеться для прогулки. Она не выходила из них более получаса, после чего была обнаружена слугами лежащей на полу без чувств. Первым в покои прибежал Роджерсон, осмотрев Екатерину, он констатировал у неё тяжёлую форму инсульта. Надежды на благоприятный исход не было.

Последний фаворит государыни Платон Зубов приказал немедленно известить наследника – великого князя Павла Петровича, находившегося в это время в Гатчине. Павел в эти дни жил в ожидании ареста или ссылки, ведь императрица задумала передать власть не сыну, а внуку Александру. Говорили даже, что манифест, объявляющий новый порядок наследования, уже готов, но огласить его императрица так и не успела. Павел бросился в столицу! В это самое время Екатерина лежала в своей спальне, сознание к ней так и не вернулось, и в 09 часов 15 минут семнадцатого ноября 1796 года повелительница самой большой империи мира скончалась. К этому времени манифест о наследовании уже был уничтожен то ли секретарём государыни Александром Безбородко, то ли самим сыном, и подданным было объявлено о восшествии на престол нового императора Павла I. Эпоха правления Екатерины II завершилась. Каковы же его итоги?

Российская империя получила окончательное признание в качестве великой мировой державы, с которой всем приходилось считаться. Границы её значительно расширились на севере и юге, а население выросло с 23 миллионов человек до 37. Экспорт вырос в три раза, с 13 до 39 миллионов рублей. Количество заводов и крупных мануфактур увеличилось в два раза, их стало более 1300. Русская императорская армия и флот одержали за время царствования Екатерины множество побед, подтвердив былую славу. Численность армии на 1796 год оказалось первой в Европе и составляла более 300 тысяч штыков.

Екатерина II во время таврического вояжа со свойственным ей чувством юмора спросила французского посланника графа Сегюра: «Как вам нравится моё маленькое хозяйство? Не правда ли, оно понемножку устраивается. У меня немного денег, но, кажется, они употреблены с пользою?»

Это было в 1787 году, а ведь впереди было ещё девять лет её правления и строительства империи.