Егерь императрицы. Гвардия, вперёд!

Город был серый и растянутый на холмах вдоль реки под названием Бык. Местность вокруг была лесистая, вся в балках и оврагах. Представившись заспанному коменданту, пожилому премьер-майору, Алексей сунул ему бумагу, на которой значилось, что отдельный полк егерей русской императорской армии следует к новому месту службы, властям же предписывается оказывать ему в пути всяческую помощь.

— Так мы и сами тут еле-еле концы сводим, — испуганно хлопал глазами комендант. — Местность-то войной сильно разорённая, а среди молдаван слух пошёл, что земля эта ажно до самого Днестра скоро опять под турка перейдёт. Теперь даже налогами или податями ничего с народа не взять.

— Да вы не переживайте, господин майор, мы вас не объедим, — усмехнулся Егоров, — у нас и своего достаточно в обозе. Главное это расквартировать людей, чтобы они в тепле отоспались, и мы потом дальше двинем."

"За двое суток егеря отдохнули, починили несколько повозок, у которых в пути открылись неполадки, и продолжили путь к Бендерам. Отрезок пути в шесть десятков вёрст удалось пройти за два дня. Заданный темп пока выдерживался. День отдыха — и переправившись у старой срытой крепости через Днестр, колонна пошла на северо-восток в сторону Новоалександровки.

Под ногами был уже не тот хорошо набитый почтовый тракт, которым следовали ранее. Эскадрону пришлось разделиться, и два его плутонга рыскали впереди, буквально нащупывая путь. На обочине дороги через каждую сотню саженей ставили для ориентира вехи-жерди. Обозначали ими и сомнительные места — при поворотах, у оврагов или на переездах через замёрзшие реки. Примерно посредине пути между речками Большой и Малый Куяльник ветерок, дувший с севера, сменился на порывистый юго-восточный и принёс мощный снежный заряд. Два дня пришлось пережидать буран в глубокой балке. Степь вокруг была голая, и те несколько деревьев, которые удалось найти поблизости, пошли в топки походных кухонь. Егеря спали, сбившись в десятки и укрывшись пологами. Через несколько минут сверху уже были снежные шапки, и вся балка была покрыта холмиками. Часовых пришлось менять каждый час. Удивительно, но никто не обморозился. Отбилось от табуна лишь с дюжину лошадей. Люди Воронцова их попробовали было искать, но никаких следов на снегу не обнаружили, и когда ветер затих, колонна ушла дальше без них.

Новоалександровская была небольшой, в пять десятков дворов станицей, расположенной на обоих берегах речки Телегул. Часть полка расквартировалась в хатах станичников и даже в их хлевах и амбарах. Многим места под крышей не хватило, и ночевали они под привычными самодельными палатками у околицы на станичном выпасе. Война этих мест практически не коснулась, и Рогозин сторговал у сельчан пяток башмаков[7] и пару десятков баранов.