Отложенный эффект

Придерживал, гладил, только что не касался носом её волос, а может, и касался, она не смотрела. В его руках было… тепло и надёжно там было, вот. И захотелось самой обхватить его – за талию под вольготно расстёгнутым белым пиджаком. И дёрнуть за хвост. Просто так. Чтоб знал.

Марион подняла голову, встретилась с взглядом жёлто-зелёных глаз… и невольно улыбнулась в ответ.

- Это значит – да? – прошептал он.

Индюк самонадеянный!

- Это значит – да, - согласилась она. – Давай попробуем. Вдруг ты прав, а я не безнадёжна.

- Я прав, а ты не безнадёжна, - облегчённо выдохнул он.

Наклонился и поцеловал её.

О да, вот это она и видела во снах. Именно это. И кое-что ещё.

Марион вытащила руку из недр его пиджака и дёрнула-таки его за хвост. Несильно.

- Эй, ты чего? За что? – но он смеялся, вдруг не обиделся?

- За всё хорошее, вот, - сказала она.

- Господин Жанно, извольте прийти обедать. И гостью вашу господин герцог тоже ожидает.

- Слышала? Господин герцог ожидает, - улыбнулся он. – Пойдём обедать.

33. Путеводная звезда

Жан обнимал Марион и ликовал – получилось, у него получилось! Она – его! Его звёздочка Марион, необыкновенная, сильная, смелая, стойкая. Самая прекрасная на свете. Наверное, всё прежнее оказалось ерундой или не сбылось потому, что ему нужно было дождаться её. Чтобы она пришла в его жизнь и осталась там навечно. Стала его путеводной звездой. Подарила ему счастье не меньшее, чем выпало великим предкам.

Предки, судя по всему, смотрели со стен и посмеивались. И были довольны, все – и его тёзка, Жан-Александр, сын первого Саважа, ставшего герцогом, и его дочь Теодора, и наполеоновский маршал Дени, и его внук Оливье, и дед Этьен, некромант, один из тех, кто в годы великой войны создавал Магический Легион.

Значит, теперь – что? Сделать всё, чтобы Марион была здорова и благополучна, и улыбалась, и не пожалела ни разу, что согласилась на его предложение. Сейчас она смотрела немного растерянно, но – уже не так сурово и безнадёжно, как вчера, или как позавчера, и даже сама держалась за его руку. Что, только позавчера она пришла и всё сказала ему? А как будто в другой жизни.

- Пойдём обедать, - улыбнулся он ей.

- Нельзя этого избежать? У меня… не всё в порядке с едой. Я почти не могу есть.

- Потому и истощена. Ты не хуже меня знаешь, что магу нужно питаться.

- Как есть. Я всё понимаю, но…

Она достала из сумки, которую положила рядом на диван, флакон с какой-то зелёной вонючей жидкостью, открыла и глотнула.

- Чем это так страшно пахнет? – удивился он.

- Снадобьем, которое может позволить мне что-нибудь съесть, - она вздохнула и убрала флакон в сумку.

- Вот видишь, всё не так плохо. Пойдём. Правда, там будет моя матушка, сиятельная герцогиня Саваж, декан воздушников. Она может кусаться. Не обращай внимания, она всегда такая.