Ее сводные монстры

С жадностью втягивает нижнюю губу. Пальцами обхватывает член и ведет кулаком, от головки к основанию.

Ладонью зарываюсь в ее мокрые волосы, сжимаю у корней. Целую и другой рукой расстегиваю бюстгальтер.

- Уже? - она шепчет, но руки из моих трусов не убирает, продолжает двигать, по всей длине, взглядом скользит по моему лицу.

Сомневается.

- Ладно, - сам убираю ее руку, и резинка боксеров шлепает кожу, запирает готовый член.

- А что ты…

Подхватываю ее под ягодицы, и она с готовностью обвивает ногами мои бедра, уселась, обнимает за шею.

Наклоняюсь и целую грудь сквозь мокрое кружево, кусаю сосок. Она со стоном запрокидывает голову назад, на мне чуть покачивается.

Зубами оттягиваю кружево, вбираю в рот сосок, он не от холода такой твердый, она не только от воды такая мокрая, это терпеть невозможно, желанное тело - вот оно, в моих руках.

- Ох, - она выдыхает.

Еще чуть-чуть - и доерзает, и этой ночью я буду первым.

Глава 53

Виктор

- Надо вернуться на берег, там вино, - бормочет и сама себе не верит, чувствую. Продолжает ерзать, крепче обнимает меня.

Продолжаю целовать грудь.

Ладонью скольжу по голой спине до застежки бюстгальтера. Пальцами нащупываю крючки.

- Без него удобнее, - выдыхаю шепотом, в ложбинку груди и расстегиваю.

Она молчит, лишь дышит, прерывисто, неровно, голову запрокинула к звездам, на луну смотрит.

Зубами стягиваю тонкую лямку с ее плеча, и вторая сама падает, когда Алиса дергается. Мокрое кружево сползает, обнажает высокую грудь.

Как голодный, набрасываюсь, сам не сдерживаю хриплого стона, когда ртом ловлю сосок, крепче сжимаю ее талию.

- Ты тогда почему отказался? В номере, - ее голос будто издалека звучит, из-под воды.

- Не знаю, - правда это, - вышел и пожалел. Вернуться хотел.

Ее руки скользят по моим плечам, смазывают прохладные капли. Хочется окунуться, с ней вместе, утянуть ее за собой вглубь, там мы будем вдвоем, не вернемся на берег.

Не хочу.

Веду ладонью по гладким бедрам, по узким трусикам - ниточки это, и я осторожно сдвигаю ткань в сторону.

Приспускаю боксеры.

Не могу держаться, член выпрыгивает, упирается в нее.

Она вздрагивает, сильнее выгибается на мне, и волосы полощет в воде, тесно прижимается животом.

Двигаю бедрами. И головка проталкивается в нее. По смазке скользит дальше.

- Боже мой, - она выдыхает. И сжимается, боится.

- Я уже в тебе. Пропусти глубже, - требую, чтобы она сама, выдержка кончилась, если войду сам - то сорвусь окончательно.

- На нас смотрят?

Поворачиваю голову.

Мы в профиль, две фигуры, я по пояс в воде, и всё видно. Ее голую грудь, и как я насаживаю на себя это тело - стройное и гибкое, будто бы мое лишь.

- Смотрят.

Чувствую, как она дрожит."

"У меня тоже такого не было. Я не любитель напоказ, никто из нас не собирался трахаться при свидетелях, но так вышло.