Ее сводные монстры

Меня нагоняет Виктор. Идет шаг в шаг со мной, мы тут наедине на этой тропинке, и я смелею, смотрю на него.

- Что с тобой? - голос ровный, но вижу, он тоже нервничает. - Передумала? Нам уехать?

- Нет.

- Поговорим?

- Сейчас?

- Алиса, - он улыбается. - Расслабься. Никто тут на тебя не набрасывается. Никто не собирается делать то, чего ты не хочешь. Ты в безопасности.

Мы выходим к океану, я киваю, смотрю вперед.

И невольно хмыкаю.

Конечно, никто не будет набрасываться, они ведь уже это делали, а тут я сама решилась, и теперь никто не торопится, а зря.

Хочется, чтобы уже схватили, как всегда.

И распяли, прямо на лежанке.

Но искупаться все равно нужно.

Поэтому снимаю туфли и ступаю на песок босыми ногами, поворачиваюсь к Виктору и шагаю, спиной назад, взглядом показываю на туфли.

Это не те же самые, в которых я была на свадьбе, но, может, теперь у него фобия, после того, как он отказался подчиняться, вместо секса со мной выбрал уйти, но не провести языком по каблуку.

Но вижу его улыбку - самоуверенную, серьезную, он так преступникам улыбается, наверное, когда на него наставляют оружие.

- Беру, - за каблуки забирает мои туфли.

За его спиной вижу Николаса и Арона, с вином и бокалами, фруктами. Ник щурится, высматривает наши лежанки.

Разворачиваюсь к океану и медленно стягиваю платье. Остаюсь в откровенных трусиках и бюстике, зябко веду плечами.

Бросаю платье на песок.

Вот сейчас.

Сейчас меня должны схватить.

Глава 52

Виктор

Никто не стал на нее набрасываться. Вот так сразу. С разбегу.

Зато с разбегу она влетела в воду, видно же, что замерзла, завизжала, но продолжала бежать.

- Такая вот лапушка, - горделиво хвастает Николас, когда мы втроем смотрим на нее, по пояс в воде. Она ныряет, скрывается с глаз. - Я тут никого не виню, - продолжает Николас и ставит обувь возле лежанки. Плюхается на нее и ставит бокалы в песок. - Сам бы не отстал.

- Твоего понимания никто не просит, - Арон опускается на соседний лежак. - Мне оправдания нет, все таки жена.

- Но твое право старшего, да, которое я нарушил, - Ник усмехается, открывает вино.

Смотрю на Алису - ее светловолосая голова показалась над водой. Далеко заплыла. Словно передумала и по океану от нас улепетывает.

- Она там замерзнет, - говорю, не отрываясь от маленькой фигурки, что наворачивает круги вдали, ее луна освещает и огни соседней виллы. - Пойду позову.

Начинаю раздеваться.

И за спиной провисает молчание.

Я эту многозначительность изучил за столько лет - меня осуждают. В чем Арон с Николасом похожи - так это в следовании традициям. Первый - будущий глава семьи. Второй - в этой семье любимчик.

И все сразу поняли, зачем я пошел служить в полицию - за властью, нас с Ароном каких-то два года разделяют, с этим смириться не смог.

И что тогда они с Ником объединились против меня.