Ее сводные монстры

Чего надо?

- Открывай, - она машет на ключи в руке Ника. - И так уже ждем три часа.

- Не сочувствую.

- Николас, не нервируй меня, я беременна, - Тина нервно поправляет волосы и выставляет вперед живот. - Впусти по-хорошему.

- А как по-плохому? - Ник с любопыством кивает. - Ну?

Стою и поражаюсь. Тине нужны не мы, а братья, но страдаем из-за них почему-то мы с Ником. И это уже не впервые.

- Ник, пусть войдут, - тревожусь, глядя на этого крепыша. У него такие кулаки пудовые. И Тина подтверждает мои мысли.

- По-плохому - он, - трогает за рукав “брата”, - побьет тебя сейчас."

"- Ты рехнулась что ли? - мужа это все веселит, а вот во мне растет паника, эта Тина - чокнутая просто. Притащила неизвестно кого и качает права.

- Ты фамилию нашу не забыла? - уточняю. - Забирай своего детину и проваливайте. А то потом не рассчитаешься с ним. Когда его в больничку определят с переломами.

- А у нас разрешение есть. От главы семьи. Не пустите? - с вызовом спрашивает. И поворачивается к мужику. - Давай.

Он команды ждал. И тут же, без лишних слов, замахивается. Взвизгиваю и тащу в сторону Ника, и этим мешаю ему - он пропускает удар и пошатывается.

С меня слетает шубка и падает нам под ноги, и полотенце развязывается на груди.

- Ник, - удерживаю ткань на груди одной рукой и поворачиваю к себе голову мужа, у него кровь бежит из носа, и мне плохо, от одной только мысли, как ему больно. - Дай ключи.

Выдираю у него связку.

- Нет, чего ты, все что ли? - он нарывается и выпрямляется, небрежно смазывает кровь пальцами и встает в стойку, загораживая спиной дверь.

- Ник! - дрожащими руками открываю дом. Не готова к такому. Лучше его самолюбием пожертвуем, но сам останется цел. - Пусть они зайдут, успокойся!

- Нихера.

- Я тебя прошу.

Он поворачивается. Рука в крови, и багровая струйка стекает по подбродку, на воротничок свадебной рубашки.

- Надо обработать. Скорую вызывать, - бормочу и тяну его в распахнутую дверь. - Пожалуйста.

Выбегают щенки и радостно гавкают, ждали. А вот защищать от чужаков пока не умеют, только лают на парочку, словно чувствуют - они нам не нравятся.

- Николас, - дергаю его, смотрю на Тину. Сейчас отдаст команду своему двухметровому ковбою - и мужа разбитым носом провезут по обледенелому крыльцу. - Если не успокоишься - я уеду, вот так, в полотенце. Мне холодно.

Он медлит. Как-то по деревянному наклоняется и поднимает мою шубу, отряхивает ее и молча отступает с прохода.

- Вот спасибочки, - благодарит Тина. - Сейчас еще остальные родственнички подтянутся - и будет совсем замечательно, - мечтает.

И под руку с “братцем” вдвигается в дом.

Глава 41

Спешно натягиваю джинсы и футболку, завязываю волосы в хвост и несусь вниз по ступенькам.

Голоса доносятся с кухни. И лай щенков.

- Ну-ка тихо, - раздражаюсь на своих любимчиков, когда они радостно бросаются мне под ноги.