Её двойная тайна (СИ)

У тебя был сердечный приступ.

— Спасибо тебе, — благодарю я брата, — что пришёл, не бросил.

Слова даются мне с трудом, но я должен ему это сказать.

— Да, ладно, — улыбается мне он, — мы же братья, я не мог тебя бросить.

Конечно, он не мог, а я вот многое мог, и от этого становится так паршиво на душе.

— Макс, — обращаюсь я к нему, — я знаю, что ты нашёл Марину, скажи, она жива? С ней всё в порядке?

Я понимаю, что могу услышать любой ответ, но мне просто необходимо знать правду, какой бы она ни была. Иначе я просто сойду с ума от неизвестности.

— Она жива, — незамедлительно отвечает мой брат, — с ней всё хорошо. Но тебе нужно забыть её.

— Мне так паршиво, Макс, — признаюсь я брату, — от того что я натворил в своей жизни паршиво.

— Это в тебе душа и совесть просыпаются, не дай им снова уснуть! — то ли пошутил, то ли серьёзно сказал Макс.

— Шутишь? — в ответ он мне просто улыбнулся. — Прости меня, брат, — кладу свою руку на его. — За всё прости, если сможешь, конечно.

— Я давно простил тебя, — он мне улыбнулся доброй обезоруживающей улыбкой. — Сначала дико ненавидел тебя, думал, ты мне жизнь сломал. А оказалось спас. От Элины спас, я рад, что не связал свою жизнь с этой расчётливой стервой. Сейчас у меня любимая работа, любимая женщина, хорошая квартира. Сейчас я живу, а не существую.

— Но я подставил тебя перед отцом, — вновь начинаю оправдываться я. — Я вам всем жизнь сломал. И Элине в том числе. Это из-за меня она больше не может иметь детей.

— Я не знаю, стоит тебе это говорить или нет, пока ты в таком состоянии, — начал загадочно Макс, — но и молчать я больше не вижу смысла. Иначе ты себя съешь чувством вины перед Элиной. Ты виноват только в том, что ехал с огромной скоростью в ту ночь. В остальном нет твоей вины, ну или косвенная, в крайнем случае. До того, как выйти за тебя замуж, Эля ждала ребёнка от меня. Но как только ты выкинул меня из бизнеса, она избавилась от него. Она ведь и с тобой забеременеть решила, когда о наследстве стало известно. Ведь так?

— Так, — едва выдавливаю из себя это слово.

От откровений брата чувствую, как спазмом снова сжало грудь. Делаю глубокий вдох, чтобы стало легче, и я смог дослушать до конца рассказ Макса.

— Тогда она мне сказала, что ей ребёнок от неудачника не нужен. Я потом решила родить тебе наследника. Но не мой, ни твой ребёнок ей были не нужны. Ей нужны только деньги, большие деньги. Так что, зря ты использовал Марину для ваших мерзкий целей. Она-то тебя по-настоящему любила. А ты ей сделал больно, очень больно.

— Я знаю, — соглашаюсь с братом я, — знаю что зря, знаю что любила. Но пути назад нет. Но ведь она после аварии не может иметь детей, — всё ещё не до конца снимаю с себя вину.

— Мой ребёнок не первый, от которого она избавилась. А эти процедуры тоже не проходят даром.