Её двойная тайна (СИ)

Марина бледная и даже немного похудела, видимо сильно заболела. Мне сразу захотелось сгрести её в охапку, чтобы защитить и отогреть. Я и не смог удержатся, и обнял её.

Когда она сказала, что хочет пойти в больницу, то мне захотелось пойти с ней, чтобы убедиться, что с Мариной всё в порядке. Я даже про командировку забыл. Но Марина всё вовремя расставила по своим местам. И я покорно с ней согласился.

А когда она собралась уходить, мне так не хотелось её отпускать. Я взял её за руку и привлёк к себе. Какая же она нежная, беззащитная. Я уткнулся лицом в её волосы. Как же они божественно пахнут. Рядом с Мариной я почувствовал, как всё моё тело заполняет доселе не знакомое мне чувство. Такое сладостное и манящее.

— Я люблю тебя, — шепчу я, сам того не ожидая, — возвращайся скорее!

Она аккуратно отпускает мою руку, улыбается мне и выходит из квартиры. А у меня такое чувство, что я что-то теряю. Что-то ценное и очень дорогое моему сердцу. Только никак не могу понять что.

Было раннее утро, пять часов. Солнце приветливо пробуждало город. Я стояла у подъезда и смотрела на окна когда-то родительского дома. Когда-то там было детство, было счастье и беззаботность. А сейчас там всё чужое. Уже завтра в квартиру въедут новые жители, а мы уже сегодня будем далеко.

Но так больно и тоскливо оставлять позади себя своё счастливое прошлое, свой дом, уют. Я почувствовала, как в горле встал ком, а из глаз самопроизвольно потекли слёзы.

Прощай мой дом! Мой милый родительский дом! Я пытаюсь убедить себя, что так надо, что это единственный выход. Но сердце напрочь оказывается это понимать и отпускать то, что связывало меня с папой.

— Ну что ж ты плачешь, глупенькая? — мама подошла ко мне и обняла. — Скоро всё закончится, и мы будем далеко.

— Вот и именно, что далеко, далеко от родного дома! — с болью выкрикнула я.

— Так надо девочка, так надо! — мама поцеловала меня. — Всё у нас будет хорошо.

Потом ко мне подошла Нина и тоже обняла меня.

— Не кисни, подруга, — как можно бодрее сказала она, — всё у нас будет хорошо!

Хотя в её глазах я тоже увидела грусть. А ведь она может вернуться сюда в любой момент. Здесь у неё остаются родители, свой дом. В то время как я сжигаю за собой мосты.

Возможно, я и дальше продолжила бы хандрить, раз, за разом бросая взгляд на родные окна. Но приехал Олег Николаевич, тот самый старый знакомый. Мы погрузили наши не многочисленный вещи в машину, и отправились начинать новую жизнь.

— Ну что, Антонина, — начал разговор мужчина, — не жалеешь, что вот так всё бросила?

— Нет, — улыбнулась мама, — главное спасти дочь.

— А вы уверены, что он вас не отследит? — зачем-то задал вопрос он, и мне стало не по себе, едва я представила Белинского идущего по нашему следу.