Её чужая дочь

– Да, он у нас один в рекламном отделе, куда было ещё эту практикантку девать?

– Отлично, – медленно поднимаюсь с места, – просто замечательно. Ерохи-ин! – кричу, но не слишком громко.

И так понятно, что этот жук стоит за дверью и подслушивает. Или я ошибаюсь?

– Да, Руслан Романович, – белобрысая голова появляется в дверном проёме, но сам менеджер в мой кабинет заходить боится.

– Сам, значит, проект сделал? – цежу зло. – И никто тебе не помогал?

Вадик опять треплет свои несчастные волосы, трёт руки о карманы джинсов, с ноги на ногу переминается.

– Ну, я, конечно, сам всем руководил, – продолжает на своём настаивать.

Ох, и зря он это делает.

– Вадик! – рычу так, что Миланка подпрыгивает на месте и роняет на пол папки с документами.

– Я думал, это не имеет значения, думаете, эта практикантка сильно помогала? Ну что она может, зелёная совсем, – усмехается, но предусмотрительно вжимает голову в плечи.

Понимает, что лишнего взболтнул.

– Так вот документы её, – администратор поднимает с пола бумаги и протягивает мне пару серых листов.

Кудряшова Евгения Евгеньевна. Мне это имя ни о чём не говорит, как и остальные данные. Возвращаю бумажки Милане и переключаюсь на рекламщика.

– Только почему-то именно с появлением в офисе этой, как ты выразился, зелёной, проект каким-то волшебным образом доделался, – тычу в парня указательным пальцем, будто расстрелять его хочу.

Хотя почему, будто? Я терпеть не могу, когда мне лгут, впрочем, сомневаюсь, что есть люди, которым это может нравиться.

– Хорошо, значит, практикантку мы прогоняем, – блефую, потому что пообещал декану взять одну из лучших учениц его колледжа на практику.

В прошлом преподаватель, а теперь декан, он когда-то был в дружеских отношениях с моим покойным отцом. Поэтому и обратился ко мне с просьбой взять пару-тройку студентов.

Но у меня не огромный холдинг, всего лишь турагентство, поэтому я согласился только на одного практиканта. Или практикантку, неважно. Пообещал, что мой профессиональный коллектив поможет новичку влиться в новую сферу деятельности.

А я своё слово держу.

Сверлю подчинённого убийственным взглядом, чтобы проникся и передумал ломать комедию.

– А ты сегодня же исправляешь все недочёты и сдаёшь проект, – подытоживаю, убирая руки в карманы и натягивая на губы псевдодружелюбную улыбку. – Согласен?

– Я… – громко сглатывает. – Руслан Романович…

– Милана, ты можешь идти, – бросаю растерянной девушке спокойно.

Администратор уходит, а Ерохин продолжает мямлить:

– Ну, вдвоём конечно работается быстрее, вы же должны понимать…

– Запомни, Ерохин: я тебе ничего не должен! – повышаю голос. Я и так слишком долго терпел. – Зарплату ты получаешь вовремя, а всё остальное – не мои проблемы.