Единственный...

Еще они маленького Кириана вечно обнимали и ладошками сжимали его щеки, говоря, что он такой милый. Уже это бесило Агеластоса, но он стойко терпел натиск сестер.

Братья, как и Гатис, вытаскивали Кириана из комнаты. Видели, что с Агеластосом делали и злились из-за этого. Пытаясь вырвать мальчишку из ада, старались дать хоть часть детства. Учили играть в бейсбол и баскетбол. Максимально социализировали его. Самый старший брат, когда Агеластосу исполнилось десять, решил поговорить с ним о девчонках. Тогда они совершенно не волновали Кириана и весь разговор он пропустил мимо ушей, но брат очень старался объяснить что и к чему, прекрасно понимая, что с такой внешностью Риан не будет обделен вниманием девчонок.

Кириан был другим. Ему приходилось сосредотачиваться, чтобы понять эмоции людей и многие были для него блеклыми и незаметными. Но несмотря ни на что он тоже был частью этой небольшой команды, связанной одной кровью. Например, он иногда делал самые сложные уроки для братьев и сестер. Даже для самых старших. Многое объяснял им по заданиям и был готов другим перегрызть глотку за них. И Кириан не сомневался, если бы еще недавно Гатису кто-то навредил, Агеластос его бы уничтожил.

А теперь сам Кириан был готов избить Иерона из-за Чары.

Не только Гатис свихнулся, но и Агеластос.

«Зачем она тебе?» — спросил Иерон, когда они проезжали по очередной пустующей в такое позднее время суток дороге. — «Что будешь с ней делать?»

«Ничего. Она мне не нужна» — сказал Кириан, вспоминая слова брата о том, что Чара позволяла ему себя целовать. По венам вновь пробежала ярость и Агеластос уже мысленно повторил самому себе, что Очкарик ему не нужна.

«Дай угадаю, хочешь забыть про это непонятное нечто? И как? Не получается?» — Гатис улыбнулся, но веселья в глазах не было. — «Мне это знакомо»

Некоторое время в машине вновь царила тишина, но, разгоняя машину, Иерон внезапно сказал:

«Давай поспорим»

«Суть спора?» — Кириан спросил без интереса и лишь потому, что слова его брата были выделялись в их разговоре."

"«Спор — кто из нас двоих будет первым у Нечто»

Агеластос приподнял бровь и посмотрел на Гатиса. Тот сразу объяснил:

«Пошла она к черту. Но все же Нечто заинтересовала. Так просто не получится забыть. А так поиграем и спор поможет отвлечься. Тут уже будет не до Нечто, а до того, кто выиграет. В итоге, уверен, нам станет похрен. Спором это докажем»

В этот момент Кириану опять захотелось ударить Иерона. Даже ладонь сжалась в кулак, но, в итоге она опять разжалась. Агеластос вспомнил о том, как Чара говорила, что другой целовал лучше и о том, как раз за разом отталкивала. О том, что Гатису позволяла целовать ее. Как она смотрела с ненавистью на Кириана. Этой ненависти не было конца и края.