Мой единственный

Она бы очень огорчилась и рассердилась на саму себя, если бы упустила редкий шанс пообщаться с отцом… из-за Ричарда. Наконец она заметила кусок ткани или, точнее, маленький мешочек, лежавший на подушке у головы отца… А еще в комнате нет Артура…

Она наняла этого слугу вскоре после несчастного случая с отцом, чтобы он круглосуточно находился при Джеральде, кормил его, мыл и даже выносил на маленький балкон, который она приказала пристроить к дому, чтобы папа мог погреться на солнышке, когда позволяла погода. Артур даже спал на кровати, поставленной в углу комнаты, чтобы быть рядом с хозяином целыми сутками.

– Что это такое? – спросила она, указывая на маленький мешочек. – Где Артур?

– Пошел за обедом, – радостно улыбнувшись, произнес Джеральд. – Мне сказали, что повара на кухне все утро трудились, словно рабы, готовя мои любимые блюда. Теперь я просто обязан попробовать каждое.

– Все утро! – Джулия снова вскочила на ноги. – Когда ты проснулся?

Отец со вздохом покачал головой, недовольный нервозностью дочери. Девочка боится, что скоро он снова впадет в беспамятство.

– Джулия! У меня хорошие новости. Если ты успокоишься и присядешь, я все тебе расскажу."

"Он снова похлопал по кровати. В том, что папа мог двигать руками, была немалая заслуга Артура, который разгибал руки и ноги Джеральда несколько раз в день, когда стало заметно, что его мышцы вследствие продолжительной неподвижности стали слабеть. Теперь, когда отец приходил в себя, он мог немного двигать руками и даже ногами, хотя не ходил, так как проблески сознания были непродолжительны, и ему не хватало времени даже попытаться сделать несколько шагов. Артур делал все от него зависящее, чтобы Джеральд, если наступит выздоровление, не был безнадежно прикованным к постели, несмотря на годы, проведенные без движения.

Джулия снова села. Постель прогнулась, мешочек скатился с подушки и уткнулся ей в бедро. Девушка с ужасом уставилась на пятнышки крови на ткани.

– Господи! Что с тобой случилось?

Она коснулся мешочка. На ощупь он оказался холодным и мокрым.

– Лед, – пояснил отец. – Лед подтаял, но не до конца. У нас в леднике еще остался запас с зимы. Вчера приходил врач. Он рекомендовал прикладывать лед к шишке. Не сходи с ума, прошу тебя! Я ведь упомянул о хороших новостях…

Отец буквально сиял от радости, однако Джулия никак не могла отделаться от мысли, что у папы шла кровь. И тут она осознала. Вчера! Он находится в сознании вот уже целый день!

Осторожно, не желая спугнуть надежду, дочь произнесла:

– Скажи, как ты поранился.

– Вчера я проснулся раньше Артура. Я был сбит с толку. Мне почудилось, что вся эта ужасная авария мне только приснилась, что сейчас обычное утро, как всегда. Я решил встать с кровати.

Джулия вздрогнула.