Далекий мой, единственный...

Их фирма арендовала новое помещение под офис. Сейчас там идет ремонт, а вот когда он закончится, стены можно украсить картинами. Если Юлька согласна, она придет к нему на работу и покажет им с генеральным директором свои работы. Может, что-то они отберут сразу, а может, закажут еще.

– Да зачем вам я? – поразилась Юлька. – Я еще и не художник, а только студентка! У нас полно талантливых художников, дорогих и не очень, есть те, что специализируются на так называемой офисной живописи. «Старушку» мою там, например, не повесишь, неуместно!

– Потому что мне нравится твое творчество. Я думаю, ты достаточно талантлива, чтобы нарисовать несколько картин на заказ.

– Илья, сдается мне, ты таким образом пытаешься заняться благотворительностью. Никто не заказывает картины неизвестным молодым художникам, тем более умеющие считать деньги бизнесмены.

– Мы пока на очень крутых не претендуем, чтобы вешать на стены миллионные полотна. Юль, не спорь, я так решил! Давай попробуем, посмотрим, что получится, может, нам ничего не подойдет из твоих работ. Да, еще: я хочу купить все пять выставленных картин.

– Да на здоровье!

– Вот и договорились! Цену я назначу сам, коль ты ее не знаешь.

– Попробовать можно, но должна предупредить: я мало рисую картин, я специализируюсь на дизайне интерьеров.

– Разберемся. А сейчас можно пригласить будущую великую художницу на танец?

Юлька танцевала с ним, вдыхала запах его одеколона, кожи – запах Ильи, и от его близости и шампанского у нее кружилась голова. Но Адорин остановился на середине мелодии, отстранился от Юльки, не выпуская ее руки.

– Устал я что-то, Рыжик, сил нет на танцы, извини, пожалуйста.

Они вернулись за стол. Папа с мамой танцевали. Юлька посмотрела, как они двигаются, и неожиданно для самой себя спросила:

– Как ты живешь, Илья?

Адорин удивленно поднял брови.

– Тебе действительно интересно? – недоверчиво спросил он.

– Конечно! – удивилась теперь Юлька. – Ты же знаешь, меня интересует все, что связано с тобой!

– Нет, не знаю, – произнес он и закурил. – Можно? – запоздало спросил, показав на сигарету.

– Да кури на здоровье! – отмахнулась Юлька.

– Сложно живу, Рыжик! – подумав, ответил он. – Устаю, работаю много, Тимку почти не вижу, скучаю по нему до одури.

Он снова помолчал, думая о чем-то своем, но Юлька не дала ему погрузиться в тягуче непростые мысли:

– Как тебе в бизнесе? Уютно? Как ты перестроил себя после науки?

Он совсем обалдел. Уставился на нее, как на полтергейст.

– Рыжик, ты задаешь такие точные, в десятку, вопросы! Меня никто об этом не спрашивал!

– А ты сам, по своей инициативе, с кем-нибудь говорил о своих делах?

– Нет, времени нет на задушевные беседы, да и не тянет на откровения.

– А зря.