Далекий мой, единственный...

От нечего делать Юлька стала ковырять грязь пальцем и вдруг обнаружила железную денежку, она уж и не помнила какого достоинства, копеек десять. Заинтересованная девочка продолжила археологические раскопки спрессованных залежей. К моменту, когда вернулась Алла, Юлька полностью вычистила грязь из кармана, попутно наковыряв целую горсть мелочи.

Вдвоем с подружкой они ее и потратили – сходили на мультики и налопались мороженого до одури. Правда, Юлька никогда не призналась Алле, где взяла деньги на этот «банкет».

Еще в школе она оговорила двух девчонок. Юлька их не любила, впрочем, их никто не любил – настоящие стервы. А она добавила штрихи к портретам девчонок, навыдумывав всяких ужасных историй про них.

Но, не выдержав груза сотворенной пакости, прямолинейная и честная Юлька пришла к ним и честно рассказала о своих словах, за что получила «фонарь» под глазом.

Однажды ей прямо-таки приспичило пойти на школьную дискотеку, а родителей дома не было, и денег у нее не оказалось, а вход платный. И Юлька решилась вытащить из заветной шкатулки пару купюр. Но ей стало так стыдно, что она ушла с середины дискотечного веселья домой и с порога расплакалась, покаявшись перед родителями.

Имелись какие-то совсем несерьезные эпизоды, которые можно причислить к грехам, но их она помнила смутно, а что-то и забыла, в любом случае, мелкая ерунда из разряда невинных детских шалостей и вечного поиска пытливого юношеского ума.

Ну, и Инга, конечно.

Но здесь Юлька себя виноватой категорически не считала, она защищала свою любовь и честно предупредила дамочку.

И что, вот за это ее наказывает жизнь?!

«А кто не пьет?!» – как вопрошал герой Броневого в «Покровских воротах». Можно и посолидней, из Библии: «Все мы не без греха».

Юлька усмехнулась своим мыслям.

Ну любит российский народ повопрошать: «Чаго делать, и хто виноват-то?»

Такие мы, куда денешься! В извечном стремлении найти виноватого и руководителя-добровольца, который все расставит по местам, объяснит, как надо делать, и направит, а вот куда – это по обстоятельствам.

Вино было очень хорошим – терпким, насыщенным, и, естественно, ни черта не помогало развеять грусть-тоску.

А куда деваться? Если оно «преть и преть» из памяти, не давая продыху!

– Пережить! – сказала шепотом Юлька. – Прожить заново? Господи, как не хочется, ведь так больно!

ИЛЬЯ

Лена приехала на двадцать пятый день после аварии.

Адорин пришел домой часа в два ночи, после «бомбления» по улицам Москвы, и рухнул спать в комнате родителей, чтобы не будить жену. По ходу отметив, что уже не удивляется тому, что и не хочется. Утром она его разбудила, накормила завтраком и поехала навещать сына на дачу. А поздно вечером радостно рассказывала Илье:

– Тимочка так вырос. Загорел! Ему там очень хорошо.