Единственные

Давно Лана не видела, чтобы подруга так тянулась к мужику. За безмятежным только на первый взгляд характером и напускной бравадой скрывалась одинокая душа, которая так же, как и большинство молодых девушек, хотела любви и ответного чувства.

Лана досадливо поморщилась. Оставалось надеяться, что Света на неё не обидится, и Макар ничего лишнего не наговорил подруге.

- Этот безопасник – засранец, - прошептала Света только для неё и подмигнула. Она сказала тихо, мужчины не должны были услышать, но Макар нахмурился сильнее, и у Ланы возникло подозрение, что он умеет читать по губам.

- Расскажешь чуть позже.

- Естественно! – фыркнула Света и уже более громко добавила: - И нечего так на нас смотреть, мужчины! Да, мы, девочки, имеем полное право обмолвиться несколькими фразами на полутонах. Не всё предназначено для ваших ушей! И да, мы так же имеем право и косточки вам обмыть! Это заложено матушкой-природой! О, а вот и мой крестник! Ну-ка, ну-ка, а кто у нас тут ещё гуляет?

Иногда Света напоминала Лане комету. Несется, не останавливаясь. Одновременно подруга, будучи полным её антиподом, поражала её своей жизнерадостностью, деятельностью. Лана так не могла и иногда искренне сожалела.

Лана, прежде чем что-то совершить, всё взвешивала. Обдумывала. Она не могла действовать порывисто, с головой в омут. Видимо, на неё наложило отпечаток то, что они рано с Ильей образовали союз и брак. По факту, у Ланы не было лихой юности, той наглости и напора, что присутствует в молодежи.

Возвращаться в дом не хотелось, но они пробыли на улице около часа. Дети изрядно промочили варежки, носики и щеки порозовели. Света, пытаясь уйти от фиаско с Макаром, ударилась в игры с мальчишками и, когда пришло время идти в дом, наигранно шумно задышала и даже смахнула пот с лица.

- Вы меня, парни, ушатали. Предлагаю вам заняться родителями, а то стоят они такие хорошенькие в сторонке и в ус не дуют.

- Света, тебя сложно отодвинуть в сторону.

Захар прямиком направился к Богдану, Лана же поспешила к Леше. Её сердце снова пропустило удар. Если сейчас не пойдет к ней или заплачет…

Её облегчение, когда ребенок позволил взять себя на руки, правда, не теряя из вида отца, сравнить с чем-то было сложно.

Лана, стараясь, чтобы никто не видел, хотя смутно и осознавала, что её надежды наивны, втянула в себя запах родного малыша. Он пах снегом, ветром и парфюмом Захара. Вот такое интересное сочетание. Запах Захара она хорошо запомнила, уже ни с чем не перепутает.

Слишком много этого мужчины становилось в её жизни.

Алеша доверчиво положил голову ей на плечо, и у Ланы дрогнули ноги. Никогда не думала, что простой жест будет вызывать в ней бурю эмоций, да настолько сильную, что её организм начнет сдавать.