Не единственная

По крайней мере, это я вижу собственными глазами, и об этом упоминала Кассора…

— Буду счастлива, ваше величество…

Слух о том, что иностранная гостья — уникальный модельер, быстро облетела праздничный зал, и Аньис получила еще много приглашений.

Да, со временем здесь нужно открыть филиал ателье, подумалось ей.

А по возвращении в Альбене, они с Тэрье наконец провели праздничное открытие второго ателье, отложенное на неопределенный срок из-за болезни Аньис. Сложно сказать, чье появление в «костюмах от Аньис» вызвало больший фурор — госпожи Кассоры с приближенными дамами или загадочного господина Эль, который распугал всех поклонников своей бывшей рабыни. Тогда же на показе он открыто назвал ее своей невестой.

Альбенийская общественность была в шоке. Неуловимый господин Эль женится. На своей бывшей рабыне, которая даже не родила ему сына… Впрочем, пожалуй, на такой «рабыне» многие были готовы жениться.

* * *Иногда он все же приходил сюда и писал в одиночестве. Правда, теперь редко. Его выросший и расцветший цветочек заставлял что-то двигаться в душе, переливаться, течь… И реже хотелось прийти сюда.

И сейчас, отложив кисть, он смотрел в зеленые глаза на стене, но думал не о ней. Он думал об Аньис. И о том, сможет ли он любить ее достаточно и так, как ей нужно.

В глубине души Рональд знал ответ.

В его душе было достаточно любви. За сотни лет у него было много женщин, некоторые из них становились его женами, он проживал с ними счастливый срок, а потом провожал из жизни. Со всеми было по-разному. И каждую он любил по-своему.

Но каждая из них не была единственной для него. Хотя бы потому, что их было много. И все они умерли после счастливой жизни с ним. Такой человек остается в душе, никуда не девается. Это совершенно другое, чем разорвать отношения, расстаться, а потом узнать, что тот, с кем ты был когда-то, ушел из жизни."

"Счастливая совместная жизнь оставляет в душе след, делает человека уникальным для тебя, и он не уходит из сердца полностью, уйдя из жизни. А Рональд умел делать женщин счастливыми, пусть даже не до конца… И умел с благодарностью принимать счастье, что давали они ему. Этих уникальных женщин и уникальных любовей в его жизни было много…

На секунду захотелось предупредить Аньис, дать ей выбор. Сказать, что она не сможет быть для него единственной. Объяснить, что сейчас она опьянена их счастьем. Но рано или поздно почувствует, что, будучи для него уникальной, она не единственная. И хватит ли ей уникальности…

Почему-то вспомнилась его последняя жена, Ассантри. Более трехсот лет назад в одном из далеких миров их свела политика и постель. Она была уверенной в себе, сногсшибательной женщиной, наделенной потрясающим чувственным обаянием. И она была уже немолода.