Не единственная

Он никак не намекал на это, но было ясно, что незаметной, но самой главной силой во всех событиях был сам господин Рональд. Аньис заслушалась глубоким голосом, засмотрелась в черную бездну глаз и потеряла нить повествования.

— После этого я смог вернуться… — услышала она, словно выныривая из глубины бархатной неги. — Так когда, Аньис, мы сможем начать твой портрет?

Аньис смутилась. Он снова намекает, что хочет провести с ней время, находит общие дела… Она не смела верить в самое вожделенное, смущение и сомнения охватывали ее.

— Я думаю, в ближайшие дни, господин Рональд. Если пожелаете, — ответила она. И решилась спросить. Говорят, не стоит задавать мужчинам прямых вопросов, лучше сохранять флер, игру… Но искренность и открытость чувств Аньис никуда не делась, лишь обточилась хорошими манерами… — Господин Рональд, могу я узнать, от чего столько внимания? Этот ужин, завтрашняя прогулка, костюмы, портрет…

— Закономерный вопрос, Аньис, — то ли улыбнулся, то ли усмехнулся он, облокотился о стол и подался к ней. — Все просто, Аньис: я устал. Последние две сотни лет я много работал, думал о крайне сложных вещах, принимал много решений, в которых нельзя было ошибаться. И сейчас мне хочется отдохнуть. И побыть с тобой.

— То есть вы хотите приятно провести время со мной, расслабиться и развлечься? — напряженно спросила Аньис. Казалось бы, ничего особенного он не сказал, но в сердце родилась обида. Хочет просто приятно провести время с ней… всего лишь.

— Не совсем так, Аньис, — мягко улыбнулся он, протянул руку и легко, успокаивающе притронулся к ее кисти на мгновение. Очень нежно и с пониманием. — На свете много тех, с кем можно приятно провести время. А это другое. Представь себе, Аньис, что ты очень долго и много работала, может быть, сражалась на войне, где нет никому пощады. А потом у тебя возникла передышка. С кем ты захочешь побыть в этот момент? Я думаю, с дорогими тебе людьми, может быть, с семьей и ближайшими друзьями, может, с любимым человеком. Так же и тут. Наверное, сложно поверить, но в этом мире есть лишь один дорогой мне человек — это ты.

Дыхание остановилось. Вот это уже было слишком хорошо, чтобы быть правдой… Но все равно очень странно.

— У вас нет семьи? — спросила она.

— У меня есть брат, — ответил он серьезно. — Но между нами много разногласий, и мы почти не поддерживаем отношения.

— А Эдор, он ведь ваш ученик? А король Ахтион?

— Король Ахтион — мой друг, — ответил он. — Но это не то. А Эдор мой ученик, как ты верно сказала. И это тоже совсем другое.

— Кстати, господин Рональд, — сказала Аньис, раз уж разговор перешел к Эдору. На самом деле она давно думала об этом, нередко вспоминала Эдора и их дружбу.