Единственная Миллиардера

Я накрываю ее колени, поглаживаю пальцами, а потом резко расталкиваю в разные стороны и устраиваюсь между, забрасываю ее ноги к себе на бедра, прижимаюсь напрягшимся хером.

Лика содрогается так, будто ощущает реальный удар. Напрягается. Вся трепещет. А ведь я ни черта еще не начал. До чего же она отзывчивая.

Моя Бэмби. В ее глазах отражается вся реальность – распахнуты до предела, точно настежь, ресницы дрожат. Губы разомкнуты.

Я не могу и не хочу ждать. Впиваюсь в нее бешеным поцелуем. Пью так, что мы оба окончательно забываемся.

Тянет в нее проникнуть прямо сейчас, ворваться вглубь единственным толчком и заполнить до предела. Тянет, да. Но, блять, нельзя. Рано. Нужно мою девочку еще разогреть, довести до кипения, до исступления, до того состояния, когда она свое собственное имя напрочь забудет.

Я отстраняюсь. Слегка. Меняю положение.

– Глеб! – мигом выпаливает девчонка.

Ха. Таким тоном это бросает, будто протестует против подобного расклада. Не хочет контакт разрывать ни на секунду. И стонет, явно мною недовольна. Ну ничего, зато потом круче будет.

– Что не так? – выдаю, поймав ее взгляд.

– Ты… ты еще спрашиваешь? – шепчет, судорожно глотнув воздух, впивается ногтями в мои руки.

Безотчетно. Сама не замечает.

– Ты хочешь…

Договорить она не успевает.

оя она. Моя! Никто и никогда не посмеет тронуть.

Я склоняюсь над ней, обвожу линию ее нежных губ языком, дразню, зажимая между зубами. Хочу украсть ее дыхание, а теряю свое. Срываюсь и утопаю в ней, в моей любимой девочке.

Вкуснючая она. Везде.

– Я хочу тебя на своем языке, – говорю, глядя в ее глаза.

И прежде чем она успевает сообразить что к чему, прежде чем успевает хоть как-то опомниться и очнуться. Я уже беру свое. Прокладываю путь губами. От судорожно трепещущей груди до округлого живота. Оставляю одну печать за другой. Поцелуями. Ласкаю. Пальцами по бедрам веду, раздвигаю шире. Все ниже опускаюсь. Накрываю ртом шелковистые складки. Кайфую от ее вкуса. Жара. Кайфую от того, как она упругая там. Моя. Абсолютно. Полностью. Без остатка. Горячая. Мокрая. Тесная. Хер до боли напрягается, рвется в атаку. Едва умудряюсь сдержаться. Яйца точно свинцом наливаются. Но я готов подождать. Настоящий мужик всегда пропускает девушку вперед.

Я довожу Лику до оргазма. Заставляю ее кончить, отпустить себя, отдаться эмоциям. Бурно. Ярко. Под движениями моего языка ее будто током бьет.

– Глеб! – она кричит.

Повторяет мое имя раз за разом.

А я накрываю ее ягодицы ладонями, притягиваю еще ближе к себе, прижимаю крепче. Я не позволяю ей ускользнуть. Беру свое снова и снова.

Ее бедра дрожат. Мышцы рефлекторно сокращаются.

Я чувствую, как она выгибается дугой, как сильнее сжимает мои волосы. Моя девочка захлебывается воплем. Задыхается.

А я отодвигаюсь. Ненадолго.