Единственная для Дракона

- Что, правда - нести?

Я серьёзно кивнула.

- И они это сделали, представляешь. Только мы с Паврусом, да Марья с эльфийками ехали на лошадях, остальные - везли лошадей.

Даррен рассмеялся, покачав головой.

- Нет, ну Паврус, ну выдум... - запнувшись, дракон вдруг спросил. - А откуда в лагере оказались эльфийки?

И голос такой - лучше бежать без оглядки.

- Ну... - я вздохнула. - Вроде бы, они их из замка привезли.

- Эльфиек из замка? - переспросил Дракон. - Лия, ты что - то путаешь - эти осталопы не могли привести эльфиек из замка.

- Да нет, я точно слышала...

Даррен внимательно взглянул на меня.

- Но ведь среди погибших эльфиек не было.

А я вдруг поняла, что я единственная, кроме Павруса, кто видел тех эльфиек и остался в живых.

- А нападавших ты тоже видела? - поинтересовался Дракон, и я не стала - не смогла утаить от него правды.

- Видела, - согласно кивнула я. - Когда в дубе пряталась.

- Так они нашли тебя, когда ты уже сбежала? - спросил Даррен, и чешуек вдруг на его лице стало ещё больше. - Как же это произошло, девочка?

Вздохнув, я принялась сбивчиво рассказывать Даррену события той ночи.

И чем дольше я рассказывала, тем бледнее становилось смуглое лицо лаэрда.

- Лия, - крепко сжав моё тело в своих объятиях, рыкнул Даррен. - А, гори оно всём синем пламенем... Теперь и на шаг не отпущу тебя, пока не найдем всех виновных. Ночевать будем в одной спальне, есть из одной посуды... Да, да, я знаю - у вас. у людей принято, что сначала свадьба, а потом уже общая спальня - но пока устраивать праздник в замке слишком опасно - не стоит привлекать к тебе излишнее внимание со стороны наших неприятелей.

Я замерла, слушая слова Даррена и понимая, кем я буду выглядеть в глазах простого люда, населяющего замок. Шлюхой. Содержанкой. Игрушкой лаэрда.

Дракон, крепко прижимая меня к себе, горел праведным гневом найти врагов клана - и уничтожить убийц, воздав им по заслугам… Я же, слушая его голос, не особенно вдавалась в слова, которые произносил Дракон - его голос околдовывал, завораживал... С ужасом я представила наши ночи в одной спальне. Сумею ли я удержаться от соблазна? Сумею ли не подставлять свои губы под обжигающие поцелуи? И не плавиться от нежных прикосновений?... Или всё же стану той, о которых говорят с усмешкой, не произнося даже имени - чтобы не накликать на себя беды?

- Это не обсуждается, - должно быть заметив сомнение в моём взоре, высокомерно протянул Даррен. - Твои вещи сегодня же перенесут в мои покои.

Да, вещи… Я машинально кивнула, пытаясь сдержать слезы. И глупость вроде -после всего пережитого о платьях да туфлях плакать, да только никогда прежде не было у меня такой красоты. А туфельки! Из тонкой кожи - мягкие, удобные, с искусно вышитым орнаментом по сторонам.