Единственная для Буйного (СИ)

Для начала мне нужно успокоиться.

Тру ледяными пальчиками лицо, разгоняя кровь. Лучше от этого краснеть, чем от злости. Выдыхаю. Нашла из-за чего злиться. Мне же лучше, если он свое внимание на кого-то переключит. Меньше лезть будет. Я же этого хотела, да?

Замечаю, как ко мне семенит Иван. А что ж без огнетушителя? Сейчас лишнее внимание только бесит.

— Я никуда не сбегаю! — Рявкаю. — Оставьте меня одну.

— Не могу. Тут…

— Мне плевать! Плевать! — Срываюсь на крик. — Я не могу на улице побыть? Свежим воздухом подышать? Нечего тут поджигать, ясно? Или скоро на людей переключусь. Хочешь? — Меня несет, но я не могу больше. Там у Эмира секретарша, а меня тут преследуют и контролируют. Эмоциями разрывает.

— Это Буйный. Тебя. — Всучивает мне телефон, быстро отходя. Словно даже телефон в моих руках взорваться может. Или опасается нашего с Эмиром столкновения.

Я не хочу говорить сейчас с Буйным. Даже голос его слышать. Но складывается твердое ощущение, что если не отвечу, то мне мобилку к уху примотают.

— Да? — Выдыхаю нервно.

— Кукла, ты если ещё раз трубку бросишь, нахуй, то я лично приеду.

И это далеко не обещание приятного визита. Но я вздергиваю подбородок, будто мужчина меня видеть может. Губы поджимаю.

— Случайно получилось, — вру легко. — Пальчик соскользнул.

— После того, как ты орала? Без телефона, блядь, услышал бы.

— Тебе не пора навстречу?

— Мне пора тебя на хуй насадить, походу. Раз осмелела. Ты нихуя не перепутала? Ты, блядь, не стесняйся. Просто попроси.

Я прикусываю губу. Выслушиваю поток ругани. Чем сильнее злится Эмир, тем больше у него матов. Сейчас и слов нормальных нет, одна нецензурная лекция. Я такого и не знала! А вот Буйный научит плохому.

— Ты всё уяснила?! — Рявкает так, что я подпрыгиваю.

— А ты на меня так не кричи, — шиплю. — У тебя сотрудники есть. Вон секретарша явно будет рада любому тону.

— Ты так же на меня работаешь, кукла. Я тебе не бабками, а услугами плачу. А ты в ответ мои приказы выполняешь. Мозг мне не сношаешь. И ревность свою скрути. У нас уговор.

""Права больше не имеешь"" — почти слышу, как мужчина это произносит.

Сжимаю челюсть с такой силой, что аж пульсацией отдает в десна. Мне надо промолчать. Не нарываться сильнее. Но это так сложно. — Я согласилась, да, — всё-таки прорывает. — Но не собираюсь потом всю жизнь лечиться. После того как ты от какой-то швабры мне болячек принесешь. Так что… Ты либо других не трахай! Либо ко мне со справочкой приходи. — Фух. Сказала."

"А в ответ — тишина. Звенящая. Тяжелая. Я совсем Эмира довела? Он там уже план моего убийства продумывает? Или дар речи потерял из-за моей смелости? Я сама от себя в шоке. Но не хочу так. Не хочу. Мне больно. Разве он не понимает?

— Хули ты такая смелая щас? — Оживает. Голос опасно звенит.