Единственная для Буйного (СИ)

Какого хуя?!

— Мне тебе рассказывать, как в тачку её усадить?! — Вы сказали силу не применять…

— Сука! Дай ей рацию! — Зубы сжимаю до хруста. Кукла, что за очередные выебоны?!

Марат сбоку кривится. Как будто намекает, что говорил, что она проблемная.

— Я не поеду! — Злата выделываться начинает. Придумывает тупые отмазки. Как ребёнок капризничает.

— Сядь в машину! Сейчас не время для показательных выступлений.

— Эмир… я не могу… Не получится. Я чувствую, что…

— Если сама не сядешь, они тебя силой усадят!

В ответ ни хера. Кукла тупо не отвечает.

— Шеф, она отказывается говорить.

Да какого, бля…

— Силой сажай! — С яростью произношу. Ну что за характер сраный?!

— Я тебе за это и говорил, Эмир. Дело серьёзное. Обстановка пизда, а она кони мочит.

— У неё заскоки бывают.

— Я бы сказал, что она из них состоит.

— Слышь, — на друга тут же скалюсь, но ничего больше произнести не успеваю.

Рация в руке оживает. Сначала шипение слышу, а после взрыв. Громкий. — Что там происходит?! — В рацию ору. Уже к тачке несусь. — Что там у вас?!

— Шеф… Здесь… Блядь… Машина с девчонкой… она…

— Что со Златой?! Я за неё всех на хуй порешаю!

— Машина взорвалась.

В ушах гул стоит. Я на автомате в тачку сажусь. Завожу. На педаль жму. На заднем фоне Марат орёт. Но я не слышу. В ушах гул. Злата. Моя Злата. Не может…

Взгляд выхватывает часы на руке. Стрелки начинают во все стороны крутиться. Что за… Поздно осознаю, что в тачке бомба. Секунда и происходит мощный взрыв.

Глава 38

Я убью Буйного. Возьму и убью. Я клянусь! Просто кинусь на него за то, что происходит!

Он давно ввязался в эти кровавые игры, я понимаю. Но он и не хочет их оставлять. Он всё глубже погружается, не переживая, как это может на него повлиять. Эмир с жизнью играет, ничего не боится. И нами с Катюшей рискует.

Господи. У меня перед глазами до сих пор пылающая машина. Падающие обломки железа. Грохот вибрирует в ушах. Я только помню, как всё резко загорелось. Оглушило. Жаркой волной ударило в лицо. Я даже не сообразила, как оказалась на земле. Кажется, охранник меня оттолкнул от взрыва. А я Катюшу за собой утянула, прикрыла.

И смотрела. Смотрела. Смотрела.

Огонь манил и устрашал. Звал меня, намекая, что я там должна была быть. Я там гореть должна была. Эмир вечно шутит, что я огнём повелеваю. Но я от него умереть должна была. Лишь чудо спасло.

Я не хотела ехать. Не могла. Будто наизнанку выворачивало от мысли, что я должна из бункера уехать. Без Эмира. Всё противилось. Тело налило свинцом, в голове стучало одно: ""Не садиться в машину"". А теперь… Теперь в голове взрыв тот звучит. Страшный, огромный. Повторяется постоянно, выстукивает в висках

Я прижимаю ладошку к губам, стараясь сглотнуть ком в горле. Желудок скручивает сухими спазмами, тошнит.