Джунгли

По ощущениям Веклемишева, они были в пути менее получаса, прежде чем съехали с асфальта, и примерно минут семь-десять, петляя, пробирались по неровной дороге. Такси остановилось, и водитель дал короткий сигнал клаксоном. Послышался негромкий голос, пробормотавший что-то невнятное, и противно заскрипел металл о металл. Этот звук нарисовал в сознании Веклемишева картину открывающихся ворот, что, вероятно, и было на самом деле. Машина проехала еще несколько десятков метров и остановилась. Скрип металла повторился. Шум двигателя такси, перед тем как машина заглохла, отразился от стен. Похоже, автомобиль заехал в какое-то помещение.

– Прибыли, – бросил человек, сидевший справа от Вадима. – Вылезай, полковник.

Его вытолкнули из машины, подхватили под руки и, не снимая с головы полотняный колпак, куда-то повели. Слепой поход продолжался недолго: пара десятков шагов, проход через дверь, четыре ступеньки вниз и еще несколько гулких шагов по бетону.

С головы Веклемишева сдернули колпак. Он осторожно приоткрыл воспаленные веки и сквозь туман, застилавший глаза, сумел разглядеть, что находится в обширном пустом помещении, освещенном струившимися с потолка скупыми солнечными лучами, пробивавшимися отдельными пыльными пучками. Сбоку появилась размытая безликая фигура человека, которого еще не восстановившееся зрение толком не фокусировало, а потому натурального облика не являло. В ту же секунду сильнейший удар в скулу поверг Вадима на пол.

Несмотря на неожиданность нападения и боль, Веклемишев сумел сгруппироваться и, коснувшись телом бетона, перекатом ушел в сторону по грубой шершавой поверхности. Хотя наручники не слишком располагали к свободе движений, через мгновение он все же уже стоял на ногах. Сознание и мышцы Викинга автоматически отреагировали на угрозу, приводя в действие все внутренние резервы организма и вбрасывая в кровь адреналин.

К удивлению, после полученного хука в скулу зрение Вадима почти полностью восстановилось. Его взгляд скользнул по металлическим стенам ангара, троим незнакомцам, стоявшим сбоку у ступенек, и остановился на человеке, застывшем в двух шагах от него. Это был альбинос Рей. Удар в челюсть нанес именно он. По лицу террориста блуждала рассеянная улыбка, но его глаза остро и ненавидяще смотрели на Веклемишева.

– Вот и встретились, амиго, – ласково сказал Рей и шагнул к пленнику.

Вадим мягко переступил. Он привычно принял боевую стойку: вполоборота к противнику, ноги на ширине плеч, скованные руки полусогнуты в локтях. Скула, да и челюсть, к которым приложился Рей, весьма чувствительно ныли.

«Похоже, под глазом будет фингал», – мелькнула дурная мысль в мозгах Вадима.