Джульетта стреляет первой

– А ты говоришь, это я пить не умею, – хмыкнула Мила.

Резко встала, произнесла приказным тоном:

– Минутку. – Таня схватила сумочку. – Я еще не платила.

– Спасибо. – Таня взглянула в расстроенное лицо тайки и поняла: угостила ее как раз официантка, из своей невеликой зарплаты.

Но спорить с властной Милой не стала. Проще завтра заглянуть снова и оставить хорошие чаевые.

Едва вышли, к двери заведения подкатил открытый джип. Шофер кинулся распахивать дверцы. Таня отступила:

– Спасибо, я пройдусь.

– Куда, на свою гору? – хмыкнула Мила.

– Почему? В офис. Он рядом.

– Брось. Спектакль через три часа.

– Достаточно времени поработать.

– Хотя бы в коктейльном платье.

«А оно в чемодане. И мятое. Нужно гладить».

Хороший получился первый рабочий день. С утра – почти влюбилась. В обед – считай, напилась. В три часа дня едет домой. И даже не знает, где театр, как ей туда добираться. Нужен ли билет и где его брать.

Анжела – более чуткая. Или просто выпила меньше. Ласково спросила Татьяну:

– Тебя на спектакль кто пригласил?

Нисколько не удивилась. Улыбнулась:

– Значит, езжай спокойно домой. Он все организует и машину за тобой пришлет.

Таня мимолетно вспомнила московское бытие. Когда ходили в театры – всегда бежали прямо с работы. Еще, бывало, на первый акт опаздывали – если начальство ближе к вечеру совещание затевало.

Но тут совсем другие нравы. Анжела продолжала просвещать:

– И вообще, ты в офисе зря торчишь. У нас на работу никто не ходит. Дома уютней. А если кому понадобишься – все равно найдут. – Секунду подумала, со вздохом прибавила: – Везде.

Джип затормозил у Таниного пряничного домика.

– Ну и скорлупа! – пригвоздила Мила.

– Зато вид на океан сумасшедший, – защитила Анжела. – Я к тебе на террасу приду пейзаж писать. Пустишь?

– Слушай, как ты достала со своими…

Конца фразы Садовникова не услышала – джип мягко покатился с горы.

Таня отперла дверь. Сбросила туфли. Первым делом прошла на террасу. Ух ты! А здесь побывали. Пол чисто вымыт. На ротанговом кресле заботливо сложен плед. Но самое интересное на столе. Букет лилий. Маленькая бутылка вина. А блюдо, полное фруктов, прижимает записку.

Садовникова нетерпеливо ее схватила:

Вместо подписи – буковка М.

Сам великий Максимус за ней заедет?

Таня взглянула на часы и метнулась обратно в дом.

Успела все, даже полежала полчаса с маской.

Но в зеркале себе не понравилась. Идеальный макияж не скрывал тревоги во взгляде. И морщинка между бровей топорщилась – как всегда случалось, когда волновалась.

До пяти вечера еще оставалось время, и она вышла на террасу. Океан к вечеру присмирел, только где-то совсем далеко взвивались белые гребешки пены.

Вино – специально для слабого пола! – оказалось с отвинчивающейся крышкой. Таня налила себе полбокала.