Не злите джинна из бутылки

Даже воду спускать научилась, на кнопку лапой нажимает. А если даже что на прогулке случится — я с собой всегда ношу мешочек, так что от нас никакой антисанитарии нет!..

— Ну, допустим… — Дворник немного смягчился. — Некоторые попадаются культурные собаки. И вообще, от собак иногда и польза случается. Которые собаки сторожевые, так их я сильно уважаю. Или, к примеру, охотничьи — тоже не зря хлеб едят… — Дядя Федя с сомнением оглядел Пу И, которого вряд ли можно было причислить к охотничьим или сторожевым.

— А еще на севере ездовые собаки есть, — добавил Маркиз. — Правда, Пу И?

— Вот кого я сильно не уважаю, — продолжил дворник, — кого я сильно не уважаю, так это кошек. Вот уж бесполезные создания! Одна грязь от них. Грязь и беспорядок. Особенно один тут есть… — Он погрозил метлой здоровенному серо-полосатому коту, выглядывавшему из подвального окошка. — Ох, попадешься ты мне когда-нибудь…

Кот издевательски мяукнул. Он понимал, что угрозы дворника совершенно пустые.

— А вы ко мне по какому вопросу? — вспомнил дядя Федя про Маркиза. — По личному?

— Да как сказать… можно считать, по личному…

— Если по личному — так это по вторникам, с двух до пяти, и по предварительной записи… — Дядя Федя неожиданно смутился и закашлялся. — Извиняюсь, многолетняя привычка… погорячился немного насчет предварительной записи… я ведь не всегда дворником был…

— Наслышан! — уважительно проговорил Маркиз. — Знаю, что вы занимали ответственный пост…

— Да уж, ответственный! — Дворник приосанился. — Я в советские времена большим человеком был! В системе коммунального хозяйства, городская номенклатура!

— Ух ты! — восхитился Маркиз, всем своим видом изображая почтение к былому величию дяди Феди.

— Да, молодой человек! — проговорил тот, величественно опираясь на метлу. — Кабинет — как футбольное поле, секретарша — что твоя киноактриса, пять тысяч человек в подчинении! Одних курьеров… паек, разумеется, по разряду четыре-Б… на прием ко мне за месяц записывались, и то не всякого принимал!

— Да, были люди в ваше время! — поддержал Леня. — Не то что нынешнее племя!

— Да, куда нынешним! — охотно согласился дворник, совершенно размякший от сладостных воспоминаний. — Лично Прохор Петрович меня запросто принимал! А уж это был всем начальникам начальник! Ежели на кого голос повысит — сразу инфаркт! В самом только крайнем случае нервные судороги…

— Ну надо же! — ужаснулся Маркиз.

Пу И потянул его в сторону пустыря — сколько можно беседовать с этим скучным дядькой? На пустыре собралось самое лучшее собачье общество, и наверняка там гуляет вчерашняя такса!

— Подожди, Пу И! — отмахнулся Леня от собаки.