Джихад по-Русски

На подходе доброжелатель, который будет резать на лоскутки за ратные забавы, а скоро еще подъедут три десятка казаков, весьма охочих до расправы над вражьим снайпером…

Суровы законы войны. Снайпер — это особо ядовитая гадина, наподобие кобры среди кучи гадюк. Посчастливилось поймать — дави немедля, другого случая не будет. Снайпер — вне закона, не нами придумано…

— Че делать-то? — осипшим голосом проскрипел Антон, украдкой смахнув слезинку — господи, жалко-то как дурищу, вражину проклятую, чтоб ей сдохнуть поскорее! Кой черт ее под руку толкнул — стрелять в таком состоянии? Токсикоз, что ли, накатил?

— А че делать? — индифферентно отозвался из-за перегородки салага. — Че делать… Оно вроде как само все идет — тут больше духовная поддержка нужна. А так… Ну, подыми меня, я посмотрю.

Антон метнулся к салаге, приподнял его под мышки, отодвинул задвижку в перегородке, давая возможность заглянуть в кабину.

— Ясно, — буркнул салага, посмотрев несколько секунд и вновь укладываясь на носилки. — Ты штаны с нее сними. Совсем. Жопу подтащи ближе к двери — у нее ноги неудобно стоят. Ну и… и все, наверно.

— Ага, понял, — суетливо бормотнул Антон, возвращаясь к роженице и лихорадочно приступая к выполнению рекомендаций бывалого «акушера».

Со штанами получилось более-менее сносно: удалось спустить до щиколоток теплые вязаные гамаши и байковые панталоны — дальше никак, ступни мертво уперты в края дверного проема. А вот чтобы стащить женщину с моторной части на сиденье, понадобилось приложить титанические усилия — тело ее и в самом деле было как деревянное, скованное страшным напряжением мышц. Пришлось ухватить снизу за широко разведенные бедра, упереться коленками в край сиденья и, откинувшись всей массой назад, тянуть рывками наружу. В таком вот интересном положении и застал своего спасителя подковылявший-таки «притертый».

— Ну ты даешь… беременную харить?! — нашел в себе силы удивиться «старожил» — на правом бедре его бугрился наложенный чуть выше колена самодельный жгут из тельника, ниже колена штанина была сильно разлохмачена и обильно пропитана кровью. — Она же беременная, какой тут кайф? Ну ты деятель… А где этот гондон? Не сдох?

— Она рожает, — вымученно бросил Антон, сдвинув с невероятными потугами женщину поближе к двери. — Не видишь, что ли? Ты погоди минуту — не до тебя…

— Ох ты, блин! — удивленно воскликнул «притертый», как следует рассмотрев диспозицию. — Вот так ни хера себе, прикол!

А и было чему подивиться — не каждому мужику доводится в жизни своими глазами наблюдать, как лезет дите на свет божий. Мы же, мужики, только туда горазды, а насчет обратно — избави боже, не царское это дело, в таких потугах соучаствовать!

— Лезет! — ошеломленно прошептал Антон.