Джихад по-Русски

Руслан, засмущавшись, пояснил: так, мол, ничего особенного… вчера вечером удрал тут один кяфирчик по недосмотру часового. Ночью ловить ие стали — никуда не денется, городской. С утра две группы по четыре человека ушли на поиски. Одна — с собаками, по следам; вторая — на случай, если пленнику удалось запутать следы, — вдоль дороги, в сторону Китум-Вале и дальше.

— Этот беглец… он военный? — по своей инициативе уточнила Ирина, затаив дыхание в ожидании ответа.

Нет, оказывается, — штатский мальчишка, сын больших шишек. Да никуда он не денется, уже, поди, поймали и тащат в лагерь. К отъезду как раз приведут…

Ирина тихо ойкнула и, закрыв лицо руками, стала заваливаться набок. Абу подхватил женщину, двумя пощечинами привел в чувство, растормошил, стал сердито задавать вопросы.

— Мой сын… Люди Руслана… Они его ищут… Он убежал… — бессвязно бормотала Ирина, с трудом подбирая слова для перевода и отсутствующим взором глядя на пятачок с зинданами. — Руслан сказал… уже, наверно, нашли… скоро приведут, сказал…

— Шустрый твой сын, — неодобрительно покачал головой Абу. — Ну ничего. Пошли кушать — у нас еще есть время.

Застолье было оживленным — встречающие и люди Беслана громко разговаривали, сам Беслан часто обращался к Абу, желая напоследок решить все проблемные вопросы. Ирина рассеянно переводила, пытаясь сосредоточиться. Спутанные мысли клубились в голове, не желая собираться в стройную концепцию, которая могла бы разрешить ситуацию. Приведут… Если приведут, он не в военной одежде… Сказать Абу, что переодели… Внешне вполне сойдет за солдата… Если приведут, а Руслан не захочет отдать… Абу, несомненно, большой человек здесь… Какие указания получил Руслан насчет Сергея? А ведь наверняка не захочет отдать! А если не найдут? А найдут — затравят собаками… Или пристрелят… Или в пропасть свалится… Господи, да это прямо-таки полоса какого-то фатального невезения! Сидел себе спокойно и вдруг за сутки до ее приезда…

За беседой время пролетело незаметно — Ирине показалось, что они только сели. Когда вышли из командирского домика, оказалось, что над горами давно нависает гуталиновая ночь.

— Все, нам пора уезжать, — сказал Абу, постучав пальцем по циферблату часов. — Сожалею, но больше ждать мы не можем.

Ирина беспомощно оглянулась по сторонам. Работали на холостых оборотах моторы, люди рассаживались по машинам, Беслан и хозяин лагеря мялись рядом, собираясь на прощание обняться с арабом.

— Ты обещал мне помочь, — хрипло пробормотала Ирина, прижимаясь к арабу и хватая его за руку. — Ты обещал… обещал, что…

— Я бы забрал твоего сына, если бы он был здесь, — недовольным голосом сказал Абу. — Но его нет. Что я могу сделать? Садись в машину, мы уезжаем.